В тот вечер, как только Илар ушёл к себе, она клацнула по иконке нового видео. Бодрым голосом парень-блогер рассказывал о нескольких детях, пропавших за последние годы в Среднем Уделе – никого из них так и не нашли. Когда на экране появилась фотография объявления о пропаже Лекеша, у Мавны по спине пробежали мурашки.
– Там парень выдвинул теорию, что у нас в Уделе могут действовать секты или преступные группировки, – тихо сказал она, глядя на рябящуюся от ветра поверхность пруда. – Кто-то похищает детей со своими целями. От шести до десяти лет.
Варде фыркнул.
– Как оригинально. При чём тут группировки? По всему миру такое случается. Бывает разное. А иногда… – он подбирал слова. Мавна и так знала, что у него в голове: работорговля, продажа в богатые бездетные семьи, что-то ещё похуже… Но Варде никогда не произнесёт эти страшные слова вслух. Не при ней. – Иногда люди просто исчезают, Мавна. Бесследно. На то тоже есть сотни причин, а если блогерам так хочется поиграть в следователей, то всегда можно вступить в волонтёрский отряд и помочь делом. Ты согласна?
Мавна медленно кивнула. Конечно, она понимала, что вряд ли какие-то из идей, озвученных в ролике, имеют право на жизнь: если бы дело было в сектах и группировках, то наверняка полиция обо всём знала. А уж то, что сказал блогер в конце видео…
– Он ещё говорил про наши Топи, – неохотно призналась Мавна, заранее зная, какой будет реакция Варде. – Будто на болотах живёт что-то нечеловеческое. Мистическое. И похищает людей. Потому что… Ну он показывал карту. И там были отмечены места пропажи всех детей за пару лет. И все они исчезли где-то недалеко от болотистой местности. Да, пропадают не только дети, за последние годы и взрослых много исчезло, но ролик был именно про детей, и оттого особенно жутко. Осознавать, что их столько…
Варде заправил волосы ей за ухо и поцеловал в висок, не дав договорить. Мавна насупленно покосилась на него: на тонком лице играла сочувствующая улыбка.
– Девочка моя, нельзя же вот так всему верить. Ну что за «мистическое»? – Он хмыкнул. – Я всю жизнь тут живу. На болотах не больше мистики, чем в квартире твоей городской подруги, уж поверь.
– Ты не был в квартире моей городской подруги.
– Не суть. Да, здесь поднимаются туманы. Да, падают деревья, у которых сгнили корни. Ночами кричат птицы – природа, никуда не денешься. Воют собаки – администрация не хочет тратить деньги на стерилизацию бездомных животных, поэтому проблема обостряется. А в остальном – ничего особенного. Просто местность. Со своими странностями. Но без мистики, уж поверь. Ты думаешь, полиции известно меньше, чем этому блогеру? Да он ради просмотров расскажет что угодно. Даже про снежного человека и инопланетян.
Мавне нравилось слушать голос Варде, вкрадчивый и успокаивающий. Но её коробило, когда он пытался замять тот факт, что весной на неё всё-таки набросился какой-то зверь. И Илар… Нет, это точно были не собаки.
– Ты же не станешь сама в это соваться? Не будешь безрассудной?
Она вздохнула и молча положила голову на плечо Варде. Он продолжал невесомо гладить её по волосам.
– Я всё понимаю. Ты и так стараешься изо всех сил. Я же вижу. Ты выматываешься и изводишь себя, но нельзя прыгнуть выше головы. Ты делаешь всё что можешь. Не всегда человеческих сил достаточно – такие уж мы беспомощные существа. Обещай мне, что забудешь хотя бы про это глупое видео и про всё мистическое. Так недолго и свихнуться.
Мавна не стала обещать. Молча переплела их пальцы и замерла, дыша глубоко и медленно. Пусть Варде просто говорит. Пусть успокаивает её и утверждает, что она прекрасно справляется. Ей так этого не хватает. Конечно, и Илар, и Купава тоже в один голос твердили, какая она молодец и всё делает правильно, но хотелось слышать подтверждение ещё от кого-то, и Варде казался самым спокойным и здравомыслящим из всех, кого она знала.
– Останешься на ночь? – спросил он.
– Я ничего с собой не взяла, – вздохнула Мавна. – Давай в другой раз, хорошо?
– Без любимой пижамы ни шагу? – поддразнил её Варде. – В фильмах девушки хорошо смотрятся в футболках своих парней.
Мавна хихикнула.
– Твои футболки мне даже до бёдер не доходят, так что смотреться буду не очень. У меня и зубной щётки нет. А ещё я маме обещала, что вечером мы переберём всю зимнюю одежду и решим, какую отдать на благотворительность, а какую отнести в химчистку. И Купаве обещала сфотографировать одну книгу, ей для учёбы…
– Всё-всё. – Варде со смешком тронул пальцем кончик её носа. – Я понял. В другой раз. Всё хорошо, не оправдывайся.
