Закончив раскладывать вещи, она села на узкую постель. Девушке хотелось заплакать, но слез уже не было. Хотя сердце разрывалось от боли.
Через несколько дней Ясинта уже стояла за прилавком в книжном магазине. Маленькая, шумная лавочка располагалась в соседнем квартале и торговала в основном дешевыми изданиями в мягкой обложке. Ясинту приняли с испытательным сроком, и она старалась вовсю. К концу первого дня она вытянула гудящие усталые ноги и составила список основных целей.
Она будет два часа в день работать над рукописью. Писать вручную будет, конечно, гораздо труднее и медленнее, но это неважно.
И не думать о Поле Макальпине…
Вскоре будущее перестало казаться ей таким уж мрачным. Ясинта обнаружила, что ей нравится работать в книжной лавке. Деньги платили небольшие, но ей вполне удавалось на них жить. Поэтому, когда перед самым Рождеством хозяин предложил ей работать постоянно, Ясинта очень обрадовалась.
Теперь у нее появилась еще одна цель — открыть собственный книжный магазин.
И еще она мечтала научиться без боли произносить имя «Пол». Боль эта оставалась острой и резала душу как стеклянные осколки. Но потеря ощущалась не только душой. Тело тоже тосковало по Полу, отзываясь на воспоминания мучительной жаждой его прикосновения, его ласки. Жаркими ночами она грезила о нем, а когда просыпалась, ее охватывали и уносили прочь воспоминания…
То и дело ей вспоминались несущественные на первый взгляд мелочи. Как он улыбался, как сверкали на солнце его золотистые волосы. Его сильные загорелые руки. Его походка, плавная, грациозная, как у хищника. Скрытая сила и лучащееся здоровьем тело, мужественное, гибкое.
Обнаружив, что не беременна, Ясинта вздохнула с облегчением. Небольшая задержка принесла ей лишь несколько дней беспокойства.
С приходом лета дни становились все жарче. В один из таких дней она поняла, что сдала все экзамены и может смело добавлять к своей фамилии буквы б.и., то есть бакалавр искусств.
Рождество прошло в одиночестве. Ясинте хотелось побыть одной. Так что она осталась дома и села за работу.
На следующий год все будет по-другому, почему-то решила она.
Однажды в выходные, в начале жаркого и душного января, она открыла дверь. До этого звонок настойчиво трещал не одну минуту. Странно, но она совсем не удивилась, встретив тяжелый взгляд светлых голубых глаз. Глубоко в душе она знала, что Пол все равно найдет ее.
— Проходи… — Она посторонилась. Пол прошел мимо.
— Как дела? — спросила она, следуя за ним в гостиную.
— А тебе не все равно?
Холодное презрение в его голосе разбило ее спокойствие на мелкие осколки, но все же ей удалось сказать:
— Садись. Как ты нашел меня?
— Нанял частного детектива, — спокойно признался Пол, оглядывая ее, как будто боясь, что она сейчас сорвется с места и попытается сбежать. — Он проверил все библиотеки в городе. Но ты не записалась ни в одну. И только три дня назад…
— Похоже, я снова доставила тебе кучу неприятностей, — сказала она осторожно.
— Я приезжал, чтобы встретиться с Жераром. — Его слова заставили ее испуганно замереть.
— Зачем? Нет, не говори мне. Я не хочу ничего об этом знать.
— Успокойся, — приказал он. — Сядь.
Она еще секунду смотрела на него, гордо вскинув подбородок, а потом опустилась в кресло. Его глаза сияли лазурным светом, но оставались совершенно непроницаемыми. Ясинта уже поняла, что Пол не уйдет отсюда, пока она его не выслушает.
Прежде чем он успел что-то сказать, она произнесла:
— Я не люблю его. И никогда не любила. Он лгал, утверждая, будто между нами что-то было. — Ее голос становился все громче и выше.
— Знаешь, а ведь он хотел тебя, — проговорил Пол сквозь зубы.
— Сейчас у меня такое чувство, что он преследовал меня.
Пол нахмурился, и Ясинта поняла, что разговор с Жераром дался ему нелегко. После минуты молчания он сказал:
— Жерар просто боялся попытать счастья.
— Я не понимаю, — призналась она. — Почему он не сказал мне об этом открыто?
— Это, конечно, не извиняет его, но он крайне неуверен в себе. Его мать обожала унижать других. Да и отец никогда не был снисходительным. Он всегда хотел крупного, сильного сына — атлета, достойного наследника семейного бизнеса. Вместо этого Жерар стал ученым. Я подозреваю, так он ответил на недовольство родителей.
— Даже если так, — с тяжелым вздохом произнесла Ясинта, — все равно он должен был понимать, что делает.
— С его точки зрения все выглядит несколько иначе. Он хотел помочь тебе, но ты отказалась от денег. Потому он сделал для тебя все, что мог, иными средствами.
— Но я никогда не давала Жерару повода думать, что он… купил меня. Зачем он сказал тебе, будто мы помолвлены?
На высоких скулах Пола выступило легкое подобие румянца.
— Он всегда завидовал мне. Несмотря на разрыв с Аурой, он все равно считал, что у меня не бывает проблем с женщинами, — сказал он жестко.
Глаза Ясинты сузились.
— Возможно, потому, — произнесла она мрачно, — что у тебя их действительно нет.
