Порывшись в сундуке и выудив оттуда пару блестящих вышитых золотом благодарственных лент от Министерства, Гарри трансфигурировал их в два красивых, по его мнению, платья, решив подогнать их по размеру кукол уже на месте. Поттер надел свежую футболку – день рождения это вам не шутки – вытащил из вазы несколько розовых бутонов, которые Андромеда покупала еженедельно, и постучал в комнату дочери. Лили открыла дверь и, кивнув, предложила отцу пройти в гостиную, которая располагалась на коврике. Оказалось, что Мисси и Каролина это вовсе не куклы, а две плюшевые собаки. Гарри быстренько трансфигурировал платья в поводки и красивейшие блестящие ошейники и вручил дочери. Она присела в чуть неуклюжем реверансе и приняла подарок.
- Папочка, только у нас тут вечеринка для девочков, а ты мальчик, - вздохнула она.
- Э-э-э… Мне уйти? – растерялся Гарри.
- Нет-нет, я тебе сейчас бантик завяжу, и ты будешь кабута моей подружкой, Мисси и Каролина точно не заметят ничего, - серьезно сообщила девочка, а Поттер понял, почему мальчишки отказались с ней играть.
Гарри с вздохом обреченно кивнул и сел на пол. Спустя несколько минут, пару выдранных прядей и неимоверных усилий со стороны Лили, высунувшей от усердия язык, в волосах у Поттера красовался кривенький розовый бантик. Лили отошла от папы на несколько шагов, критически осмотрела получившийся результат и, подойдя вновь, вставила ему розу за ухо, сказав, что так он просто неотразима.
Дальше всё было довольно мило. Лили, собственно, сама занималась своими «именинницами», лишь время от времени привлекая отца к игре и, в конце концов, так и уснула у него на коленях. Поттер переложил дочку на кровать, укрыл одеялом и, усадив рядом двух плюшевых собак, вышел из комнаты. По дороге Гарри заглянул к сыновьям – на его счастье, они уже тоже спали.
Поттер прекрасно понимал, что следующий день с Драко будет еще хуже, поэтому рано утром, перед аппарацией, усердно снял в душе тянущее в паху напряжение. Теперь он точно не будет реагировать на рассекающего в полуголом виде по квартире Малфоя. Гарри был в этом уверен ровно до того момента, пока не вошел в комнату Драко. Тот лежал на кровати спиной к двери, обернув бедра полотенцем и, слушая что-то в плеере, подвывал в такт музыке, трогательно болтая ногами.
А Гарри хотелось побиться головой о стену. Возбуждение вернулось мгновенно, будто не он час назад мастурбировал на Малфоя!
Поттер вышел в гостиную, уговаривая себя успокоиться. Он всего-навсего намажет Драко зельем от шрамов. И всё. Быстро намажет и уйдет. Глубоко вдохнув и выдохнув, Гарри взял зелье и направился обратно в спальню, когда увидел стоящего в дверном проёме Малфоя.
- У тебя такой вид, будто ты не зельем мазать меня идешь, а как минимум на эшафот, - поджал он губы и ушел обратно в спальню.
Прекрасно! Малфой еще и обиделся! Просто замечательно!
Гарри уныло побрел вслед за Драко и молча сел на кровать рядом с обиженно сопящим Малфоем.
- Поворачивайся, - тихо сказал он.
– Слушай, если тебе так уж неприятно, то я тебя не задерживаю и не заставляю!
- Да при чем тут это? Мне не неприятно, просто… просто…
- Тогда мажь, - Драко перевернулся на живот, утыкаясь лицом в подушку.
Совершенно глупая ситуация! Драко никак не ожидал увидеть Поттера в таком подавленном состоянии, и было жутко неприятно, что причиной этого был он сам! Ну и ладно!
- Ну, не обижайся, Драко, - Гарри осторожно потрогал его за плечо. Драко повернулся и в упор посмотрел на Поттера, а тот в свою очередь уставился на малфоевскую грудь.
- Давай попробуем и их убрать, - тихо сказал Гарри, проводя кончиками пальцев по тонким шрамам от той самой Сектумсемпры.
- Не надо, - мотнул головой Драко, прижимая ладонь Гарри к своей груди. – Они мои. Эти твои отметины – мои, - тихо сказал он, подаваясь вперед и останавливаясь в нескольких миллиметрах от лица Гарри.
- Тебе было больно, - хрипло выдавил Поттер, поглаживая пальцами теплую кожу.
- А сейчас нет, - упрямо возразил Малфой, прижимаясь к губам Гарри. Он ответил сразу же: врываясь языком в податливый рот, наваливаясь всем телом, оглаживая руками сильные бедра, стройные ноги, сжимая маленькие упругие ягодицы. Драко выгибался навстречу, прижимаясь так, что между их телами нельзя было просунуть даже волос, ощущая бедром горячий твердый член Гарри.
Поттер куснул Драко за нижнюю губу и начал спускаться поцелуями по шее к груди, попутно вылизывая теплую, одуряюще пахнущую светлую кожу. Он прикусил сосок, от чего Драко вскрикнул, а Гарри в панике отскочил от кровати.
Дыхание обоих было тяжелым и прерывистым. Они смотрели друг другу в глаза. Гарри не выдержал первым и отвернулся к двери.
- Опять сбежишь? – выкрикнул Драко.
- Да… Прости меня, Драко, да… Не могу так… Тебе самому так лучше будет. Я больше не приду. Прости, - сказал Поттер, выходя из комнаты, и тут же аппарировал. А Драко так и остался сидеть на кровати в полной растерянности.
Да, наверное, так действительно будет лучше. Для обоих. Только вот как теперь забыть каким может быть Поттер на вкус, на ощупь, на запах?
