– Да, папа уехал, – сказала она и, посадив маленького Гуго на бедро, положила руку на голову первенца. – Теперь твой брат – защитник замка.
Гуго скрестил оружие с французским солдатом, заставив того попятиться, и ударил рукоятью меча. Солдат упал, и Гуго проехал чуть дальше, медленно прорубая себе путь сквозь бурное море ожесточенной битвы. Жаркое летнее солнце нагрело его кольчугу и войлочный шлем, как будто он варился в котле с расплавленным свинцом. Гуго ловил воздух ртом, горло пересохло. Кровь текла с его правого запястья, задетого в схватке. Суровая мощь Гнедко сливалась с его собственной силой, пока Гуго пытался обрести преимущество.
– `A moi! – крикнул он рыцарям, взметающим пыль вокруг. – Bigod, `a moi![25]
Король Иоанн стремился развить успех и намеревался отобрать у французов портовый город Нант. Гуго и войско Биго оказались в самой гуще битвы. Городское ополчение, состоящее из простых людей, не выдержало натиска и стекалось обратно в Нант, но гарнизон оказался более стойким и внезапно контратаковал, сплотившись вокруг одного из командиров и снова бросившись вперед. Вокруг красного с желтым штандарта Биго завязалась рукопашная схватка, со всех сторон кромсали и рубили. Пехотинец вцепился в Гуго и попытался стащить его с седла, но Гуго ударил его мечом и пришпорил коня. Гнедко попятился и прыгнул вперед на задних ногах. Гуго прорубил себе путь сквозь гущу французов, круто развернул скакуна и вновь набросился на них. Битва ревела, подобно великому морю, и Гуго казался себе камнем, который швыряет прибой.
К нему направился другой рыцарь, на его поднятом щите красовался герб Дрё в сине-золотую клетку, шелковый сюрко тех же цветов был порван и забрызган кровью. Королевский родственник, понял Гуго. Кузен самого короля Филиппа, никак не меньше. Гуго развернулся, чтобы встретить его, подставив свой щит под первый удар меча Дрё. От щита Гуго полетели щепки, а сам он вжался в седло. Гуго нанес ответный удар и пришпорил коня. Гнедко щелкнул зубами на коня Дрё, тот лягнул его, и к схватке мечей и щитов прибавились копыта, зубы и лошадиные мышцы. Гуго видел, что Гамо Ленвейз сражается справа от него, используя знамя Биго в качестве копья, а его братья Роджер и Уильям отчаянно дерутся слева. Вид цветов Биго вдохновил Гуго, и он удвоил усилия. Дрё был великолепным бойцом, но именно поэтому он и оторвался от своих воинов. Когда солдаты Биго сомкнулись вокруг него, Дрё осознал опасность, но отступать было поздно.
– Я сдаюсь! – крикнул он. – Я кузен короля, Роберт де Дрё, и я сдаюсь!
Он опустил свой щит, открыв грудь, и вручил Гуго меч, которым только что пытался его убить.
Гуго назвал Дрё свое имя и принял его капитуляцию. Другие французские рыцари тоже сдавались или бежали, поскольку стало ясно, что битва проиграна. Гарнизон капитулировал, и городские жители либо запирались в своих домах, либо бежали. Нант перешел в руки Иоанна, и англичане оказались на расстоянии удара от Анже. Анжуйский король вернулся на родную землю.
Гуго развернул войска, чтобы укрепить положение, а Ленвейз нашел им место рядом с рекой. Предыдущие владельцы покинули дом в спешке, и на огне еще кипел котел тушеного мяса. Куры во дворе обещали добрый ужин сегодня вечером и свежие яйца завтра утром. Албрам, полковой хирург, промыв и перевязав рану на запястье Гуго, покачал головой и настоял на том, что нужно наложить шов, прежде чем Гуго отправится на совет с королем и другими военачальниками. В пылу схватки рана не болела, но когда Гуго переменил котту, ему показалось, что он окунул предплечье в осиное гнездо.
Короля снедало нетерпение. Он разделил свои силы, и другая половина армии находилась на севере под началом Длинного Меча. Предполагалось, что она двинется на юг и зажмет французов между двух огней. Однако отряд Длинного Меча оставался на месте, поскольку немецкие союзники под предводительством Отто Саксонского прибыли еще не в полном составе и Отто не готов был выступать. Иоанну же хотелось действовать, пока преимущество оставалось на его стороне.
– Завтра мы ударим по Анже. – Глаза короля сверкали от нетерпения. – Французы перешли к обороне. Сегодня мы пленили двадцать их лучших рыцарей, в том числе кузена самого короля. – Его взгляд в знак признательности на мгновение скользнул по Гуго. – Не пройдет и недели, как я устрою прием в столице своих предков.
Слова Иоанна были встречены согласным шепотом и одобрительными жестами.
– А оттуда мы захватим Ла-Рош-о-Муан.
– Сир, людям нужна передышка, – заметил барон из Пуату Эймери де Туар. – И нам нужен хотя бы день, чтобы отдохнули лошади.
– Нет, – покачал головой Иоанн, мрачно посмотрев на него. – Если мы замедлим ход, французы перехватят инициативу. У вас будет день на отдых в Анже, милорд. Мы прибыли сюда, чтобы делать дело, а не просиживать задницы.
Де Туар покраснел и обвел взглядом собравшихся в поисках поддержки, а также возможных улыбок или насмешек. Не проронив ни слова, он развернулся и вышел из комнаты.
