— Мне до того, — сказал я. — Я тоже хочу спокойной жизни и водить по воскресеньям детей в кафе-мороженое. Но спокойная жизнь сама по себе не наступит. За неё приходится драться. Но осталось чуть-чуть. Поверь мне, действительно чуть-чуть. Это просто не может длиться долго.
— Это уже длится очень-очень долго, Рома.
— Знаю, но осталось чуть-чуть.
Королева Виктория Вторая была вне себя от ярости. Сначала она два дня не могла встретиться со своим премьер-министром, а теперь, когда они наконец-то договорились о встрече, Эджертон опаздывал. Почти на час.
Когда герцог вошёл в кабинет королевы, та буквально подскочила на стуле и возмущённо воскликнула:
— Зачем Вы устроили это глупое, неудачное нападение на замок Белозерской?
— Добрый день, Ваше Величество! — как ни в чём не бывало ответил Эджертон и слегка поклонился королеве, как того требовал этикет.
— Оставьте эти никому не нужные формальности! — разозлившись ещё больше, сказала Виктория Вторая. — Я требую ответа на свой вопрос! Зачем Вы напали на замок Белозерской?
— Вам уже доложили?
— Я живу не в вакууме!
— Но в новостях об этом ни слова.
— Мне рассказал о вашей затее непосредственный участник событий!
— С чьей стороны был этот участник? — поинтересовался Эджертон.
— С Вашей, милорд! — ответила королева. — Он пришёл туда с Вами, выполняя приказ, и находился там до последнего — до момента Вашего бегства!
Эджертон сверкнул глазами и прошипел:
— Выбирайте выражения, Ваше Величество!
— Я всегда называю вещи своими именами! — вспылила королева. — Мне доложили, что Вы бежали с поля боя!
— Я не бежал!
Ладони герцога вспыхнули ярким синим пламенем, но, казалось, он не обратил на это никакого внимания.
— Я получил ранение, практически несовместимое с жизнью, — мрачно произнёс Эджертон. — И поэтому должен был отбыть порталом, чтобы выжить. Если бы я там погиб, это никому бы не принесло пользы.
— Это не оправдание! — заявила Виктория Вторая. — Ваши маги верили Вам, а теперь они знают, что Вы способны бросить свою армию!
— Ещё слово, и я за себя не ручаюсь! — прорычал Эджертон, и пламя с его ладоней ударило в дорогой королевский паркет, прожигая в нём дыры.
— Какой Вы смелый, и не скажешь, что в замке у Белозерской…
— Ещё одно такое слово — сожгу! — прикрикнул на королеву герцог, перебивая её, и несчастный паркет принял очередную порцию огня. — И никакие амулеты не помогут.
— Да как Вы… Да как…
— Сожгу, — мрачно повторил Эджертон.
В кабинете на некоторое время наступила тишина, которую нарушало лишь потрескивание горящего паркета.
— И ещё, — добавил герцог. — Я знаю о Ваших попытках наладить связь с Вильгельмом Пятым. Не стоит этого делать.
— Я не…
— Хотите разыграть карту премьера-предателя и попросить помощи?
— Я лишь хотела поговорить, убедить его…
— Не заставляйте меня разыгрывать карту «враги убили королеву, и теперь нам всем надо сплотиться, чтобы за неё отомстить».
— Это угроза! — возмущённо воскликнула королева.
— Она самая, — подтвердил премьер-министр.
— Это даже можно воспринимать как измену!
— Воспринимайте это лучше, как попытку Вас вразумить. Поверьте, если бы я задумывал измену или имел желание захватить власть и трон, я бы сделал это уже давно. Без каких-либо проблем. Но я забочусь о Вас и о Вашем королевстве.
— Но Вы довели ситуацию до предела. Вы напали на Россию!
— Не на Россию, а на имение Белозерской. Войну русским я не объявлял!
— Но они теперь объявят её нам!
— Они и так собирались.
— А Священная Римская империя? — спросила королева.
— Дайте мне немного времени, — устало вздохнув, произнёс премьер-министр. — Я всё решу.
Домой я прибыл в половине четвёртого, из башни сразу побежал за мечом, затем отправился к себе — переодеться. В пятнадцать пятьдесят пять пришёл на место сбора — в большой двор и… скажем так, удивился. Во дворе, помимо бабушки и Тойво, стояло примерно полсотни наших лучших бойцов. Похоже, тренировка намечалась не совсем обычная.
Бабушка о чём-то разговаривала с пятёркой бойцов, я не стал ей мешать и просто встал неподалёку. Ровно в четыре у Тойво зазвонил телефон, он принял звонок, что-то выслушал, после чего убрал аппарат в карман и обратился к бабушке:
— Маяк выставлен, Ваша Светлость!
— Тогда открывай портал.
Тойво кивнул и принялся выполнять приказ. Примерно через минуту огромный групповой портал был открыт прямо посреди двора, и он приглашал нас войти в его густой, голубовато-серый, искрящийся туман. Что мы и сделали: сначала десяток бойцов, затем мы с бабушкой и Тойво, потом все остальные.
Выйдя из портала, я сразу же огляделся. Вокруг насколько хватало глаз простирались луга, кое-где даже зелёные, да небольшие рощицы с голыми деревьями. А главным украшением этой пасторальной картины был стоящий примерно в километре от нас замок — старинный, красивый, монументальный. Он располагался на вершине высокого холма и одним лишь своим видом внушал уважение. Очень уж был величественен.
— Где мы? — спросил я у бабушки.
— В Англии, мой мальчик, — ответила та. — В самом её центре — в Лестершире.
— А что это за замок?
