- Этого не будет. Потому что в Домолинии-3 сделают такую скорость, что будет телетрансляция прямо из сети, и записи передач будут готовые лежать. И туда же можно будет класть то, что сняли на видео. Это же удобнее. На бытовке диск может накрыться, а в сети все данные копируют и хранят, чтобы не потерять. Вообще сейчас у нас такие процессоры проектируют, такие... Наши взяли соцобязательство к началу пятнадцатой пятилетки повысить тактовую до гигагерца.
- Так, а сейчас какая?
- Четырнадцатая. Год третий, решающий.
- Повысят, - согласился Виктор, прикинув в мыслях дату выхода третьего Пня.
- Отлично. А что будем смотреть? - спросила Вероника, роясь в кассетах. - Детектив, комедию, фантастику?
- А вы любите танцевать? - неожиданно для себя спросил он.
- Что?
- Ну... очень удачный интерьер комнаты... - он спешно пытался выйти из положения, которое показалось ему неловким, - все так здорово расставлено, много места, танцевать можно.
- Вы хотели пригласить меня на танец? Как в песне Утесова - 'В этом зале пустом, мы танцуем вдвоем'?
- Почему нет? Если вы не... - он хотел сказать 'не против', но подумал, что покажется слишком стеснительным, и это будет, в свою очередь, стеснять даму, - если вы не планировали что-то другое.
- Вы сейчас удивитесь, но я вообще не знала, что будем дальше делать! Вот так подумала, ну что там, будем сидеть, альбомы перелистывать, или смотреть кино... буднично как-то. А я люблю танцевать, и не разучилась, просто где сейчас, разве что когда на праздники собираемся, и в кафе тоже надо компанией... Над диваном свет чуть-чуть прикрутите, чтобы видней была цветомузыка... да, и, кстати, вы не против, если мы перейдем на 'ты'?
Виктор вдруг подумал, что Вероника, уходя в работу и воспитание дочери, не думала о том, чтобы развивать в себе умение обольщать и строить отношения; это была еще одна из причин, почему она, при всей ее природной красоте и достоинствах, не встретила до сих пор другого спутника жизни. Сейчас она явно терялась, и это обстоятельство вызывало у Виктора желание проявить к ней какое-то особое внимание и заботу.
- Абсолютно не против. У меня такое чувство что мы с тобой знакомы чуть ли не со студенческой группы.
- Может, так и было? Хотя я не помню. Или это вино немного туманит голову. У вас не туманит?
- Нет.
- Все равно прыгать с полными желудками мы не будем, поставим словые ('словые' в четвертой реальности переводится как 'медляк' - Прим. авт.). Только наверное, вы хотели что-нибудь из отечественного, а у меня Тая в основном натащила запада и ретро. Отечественные-то и по радио, и в кафе, на клубных дискотеках.
- Да все нормально, пойдут западные хиты, Бон Джови там, Дайэр Стрейтс, Спайс Герлс, Саманта Браун, Билли Оушен, что найдется.
- Знаете, я после Модерн Токинг и Сикрет Сервис никого из западных толком не знаю, - ответила Вероника, роясь в стойке с дисками. - А, ну еще этого, конечно, Джексона Майкла, его часто показывают. А так... Вот вроде эта сборная солянка подойдет.
CD-плейер с легким жужжанием проглотил диск, и через несколько мгновений легкого посвистывания привода комнату затопил водопад торжественных звуков дуэта Ширли Бэсси и Алена Делона.
-... Ты прекрасно танцуешь.
- Ты всем говоришь это?
- Отнюдь. С тобой легко, ты очень хорошо чувствуешь партнера.
- Все зависит от партнера. Ты думаешь о чем-то другом?
- Просто интересно - светомузыка в квартире. Редко встречалось.
Прожекторы, замаскированные под хрустальные бра, отбрасывали на стены разноцветные зайчики, сменяя цвет и фигуры мягко, не раздражая; потолок освещался голубоватыми тонами, а стены - желто розоватыми, и казалось, что это уходящее солнце просвечивает сквозь листву невидимого сада.
- Разумеется. У них это сейчас вышло из моды, а у нас развивается с шестидесятых. Вот эти, - она кивнула в сторону бра, - на микропрограммном управлении. Я поставила 'Осенний вечер ?4'.
- Очень удачно. В тон настроению.
Проигрыватель плавно перешел на созерцательный ритм композиции Лео Сэйера 'Когда ты нужна мне', и саксофон страдал из среднечастотных динамиков, оттеняя надрывный голос певца и необычный, холодный, древесно-мшистый аромат духов 'Офелия', который почувствовал Виктор, когда щека с ямочкой оказалась дразнящее недалеко от его щеки.
- Этот вечер, как тоннель, - сорвалось с его губ.
- Какой тоннель?
- Тоннель, в конце которого виден свет зари. И все вокруг дышит надеждой и ожиданием чего-то долгожданного, от чего замирает сердце, и что ждет там, на выходе.
- И это может быть мираж.
- Я верю, что это не мираж. Мы сильные люди, мы можем превращать миражи в плоть и кровь...
- С тобой хорошо, ты неисправимый оптимист, и веришь, что будет не как 'Под ледяным солнцем' Стругацких.
- Я не читал этой вещи у Стругацких.
- И не читай.
- Неудачная?
- Считается одна из самых удачных вещей. Вышла в девяностом. Последнее, что Братцы написали вдвоем.
- Запрещенная?
- Нет. Просто очень тяжелая. Как 'Письма мертвого человека'.
- Это где Ролан Быков играет?
