— Кто-то да.
— А ты?
— Я — нет. Мои хранятся у подруги. Ее зовут Мартой. — И добавил про себя: «Я доверяю только ей. И то на восемьдесят процентов».
— Но у тебя нет домашних животных и цветов. Зачем?
— Чтобы в случае утери ключей не менять замок. Это очень дорого. У меня дверь швейцарская.
— Да, верно. А подруга твоя… Это в смысле девушка?
— Нет, товарищ. Можно сказать, боевой.
Тем временем они добрались до нужной квартиры. Илья поощрительно улыбнулся Лизе.
— Давай ты, — прошептала она.
Бердников не стал спорить и надавил на кнопку звонка.
Дверь открылась спустя несколько секунд. На пороге возник мужчина. Помоложе Ильи. С похожей внешностью, то есть не красивый, но ухоженный: хорошая прическа, аккуратная бородка, подкачанное тело. Только лоб какой-то некрасивый. Шишковатый. Такой бы челкой прикрыть. А лучше шапкой.
Увидев Лизу, мужчина издал радостный вопль и заключил девушку в объятия.
Госпожа Весенняя с силой высвободилась из его объятий и спросила:
— Вы кто?
Мужчина нервно рассмеялся:
— Как — кто? И кто «мы»? Я тут один… — Только сейчас он заметил Илью и свел густые черные брови, превратив их в одну сплошную. — В отличие от тебя. Кто это с тобой?
— Давайте войдем в квартиру? — предложил Бердников. — И там поговорим. Кстати, меня зовут Ильей. А вас?
— Матвей я.
— И вы…
— Жених Лизы. И я не понимаю, почему она ведет себя как неродная…
Бердников понимал, что тот думает. Матвей принял его за любовника. Решил, что Лиза сбежала к нему и теперь хочет сообщить жениху, что между ними все кончено.
— У Лизы сотрясение, — объяснил Илья, когда они вошли в квартиру. — И она кое-что забыла.
— Кое-что? — возмутился Матвей. — То есть я, по-вашему…
— Не придирайтесь к словам, — миролюбиво проговорил Бердников. — Лучше скажите, во сколько Лиза вчера ушла из дома?
— Я не знаю. Был на работе. Вернулся, ее нет. Но так часто бывает, и я начал беспокоиться только поздним вечером. Звоню, телефон не отвечает…
Он говорил быстро. Можно сказать, тараторил. И неотрывно смотрел на Лизу, которая обшаривала глазами квартиру. Матвея она как будто не слушала. Вдруг, скинув свои «тапки», бросилась в спальню и схватила с кровати огромного плюшевого медведя.
— Потапыч, — протянула она с нежностью. И обняла игрушку.
— Лизин любимец, — сообщил Илье Матвей. — Спать без него не ложится. Боюсь, как бы он когда-нибудь не ожил и не выгнал меня из кровати. Фильм смотрели про ожившего плюшевого медведя? А пока Лиза обнимается с Потапычем, объясните мне, что с ней случилось?
Бердников уже рот раскрыл, чтобы обрисовать ситуацию, но вовремя прикусил язык. Невеста Матвея ночевала у незнакомого мужчины. Это может ее скомпрометировать в его глазах.
— Она сама вам расскажет… Из того, что помнит. А вы давно вместе?
— Почти год.
— Ее родители живы?
— Про мать ничего не знаю, она о ней вообще не рассказывала. А отец умер.
— Есть у нее близкие родственники?
— Нет. По крайней мере, я никого не знаю. — Матвей встрепенулся. — А к чему все эти вопросы?
— Вы правы, ни к чему. Лиза, — окликнул Илья госпожу Весеннюю, — я пойду.
— Как это? — Она спрыгнула с кровати и прибежала в прихожую в обнимку с медведем. — Ты не можешь уйти. Что я буду делать без тебя?
— Вспоминать. И в этом тебе поможет твой жених.
— Но я его не знаю, — прошептала Лиза. Сейчас, сжимая в руках игрушку в половину своего роста, она напоминала ребенка.
Матвей, который услышал ее реплику, беспомощно посмотрел на Бердникова. Он не понимал, что случилось, и не знал, как ему себя вести. Он просил подсказки. Но Илья не собирался вмешиваться. У Лизы есть жених. И ее проблемы теперь его, а не Бердникова. Вот пусть они вместе и разбираются! А ему пора. Клубы, массажные салоны, сауны, ванны, наполненные шампанским… Вот, что нужно Илье Бердникову. А не чужие проблемы. Он же не Бэтмен.
— Всего хорошего вам, ребята, — выпалил он. — Совет да любовь!
И покинул квартиру, не обернувшись. Хотя был уверен, Лиза умоляюще смотрит ему вслед.
Черная «Чайка» подъехала к высоким воротам. Из нее вышли двое: высокий, широкоплечий мужчина в добротном костюме и шляпе-пирожке и юркий молодой человек в коротких штанцах и безрукавке. Директор завода Пахомов Геннадий Андреевич и его секретарь Вася. Последний, едва выбравшись из салона, поежился. С Волги дул ветер, и парень мгновенно продрог.
— Что ж ты так вырядился легко, чудо-юдо? — обратился к парню Пахомов. — Я предупреждал, что мы на стройку поедем.
— Да я закаленный, — улыбнулся Вася, стараясь сдерживать дрожь.
— Вижу я, — неодобрительно покачал головой Геннадий Андреевич. — Оставайся в машине, цуцик.
— Нет, мне правда не холодно.
— Наверх полезем, там вообще ветродуй.
