Ответ (СИ) полностью

— Как меня все толкают к диктатуре! — невесело усмехнулся Мурадов. — Хочешь, скажу то, что еще никому не говорил? Я устал, Павел! Устал от власти, от изматывающей душу ответственности, даже от всеобщей почтительности! А если брать власть так, как ты говоришь, нужно становиться кем‑то вроде императора. Стоит уйти, и конец! Все корешки все равно не выполешь, так что уцелевшие найдут способ отыграться не на мне, так на моих близких, что еще хуже! Твои друзья поддержат, пока я у власти и им это выгодно, а народ… Я уже вспоминал Сталина, вспомни и ты. Этого человека любили и боялись. Он боролся с врагами государства так, как считал правильным, и не греб из государственной кормушки! После его смерти остались китель и пара сапог. Могут этим похвастать те, кто пришел позже? И что в итоге осталось от народной любви? А ведь мне придется действовать точно так же, разве что масштабы репрессий будут намного меньше. Так что не нужно меня подталкивать! Я должен все обдумать и правильно рассчитать, чтобы сыграть без ошибки. Она будет слишком дорого стоить, и не для меня одного!

— Расскажи, как ты потеряла семью, — попросила Вера. — На тебе самой нет ни царапины…

Она только что позавтракала вместе с соседкой по комнате, а после столовой девочки вышли в парк и сели на одну из скамеек.

— Ты долго думала? — Лена постучала себя пальцем по виску. — Об этом не принято спрашивать. Если будешь приставать с такими вопросами, могут и врезать. Разве тебе самой приятно о таком говорить?

— Сразу не могла, все время ревела, — призналась Вера, — а теперь уже намного легче. Радости от такого разговора не будет, но бить кого‑нибудь по лицу… Я просто подумала, что если ты была в убежище, почему в нем не спаслись они?

— А где ты была во время войны?

— Мы всей семьей летали в Англию. Там родителей и убили, а нам в головы записали всякую чушь и продали в чужие семьи. Нам — это мне и моему брату.

— Ни фига себе! — удивилась Лена. — Тогда с тобой все понятно. Народ начали вывозить из городов и распихивать по убежищам в самом начале войны. Кто был дома или на улице, тех и забрали. Мои уехали на дачу, там их и накрыло. У девочки, с которой я сюда поступала, родители ехали в электричке. Заранее никого не предупредили, поэтому все занимались своими делами. Кому‑то повезло, кому‑то нет. Расскажи об Англии. Неужели там так мало своих детей, что хватают чужих и для этого убивают их родителей?

— Похищают тех, кто приглянулся, и за большие деньги продают богатым, — объяснила Вера. — Умные, красивые и хорошая наследственность. В приютах в основном дети алкашей, поэтому их берут редко. Раньше такого не было, а когда научились писать знания в мозг… Смотри, мой брат! А этот юноша живет с ним в одной комнате. Ой, они сейчас подерутся!

Лена вскочила с лавочки вслед за соседкой и увидела на дорожке двух юношей. Тот, который был выше и, видимо, старше, схватил одной рукой младшего за ворот рубахи, а другую отвел для удара.

— А ну стой, сволочь! — закричала Вера, заставив обоих обернуться, и бросилась выручать брата.

Высокий, видимо, не расслышал крика и не понял, что ей от него нужно. Пробежав за несколько секунд разделявшее их расстояние, Вера прыгнула на обидчика, сбив его с ног. Сама не упала, потому что поддержал брат.

— Ну вы меня достали! — закричал поднявшийся юноша. — Ты кто такая?

— Я его сестра! — Вера двинулась к нему, но ее удержал Олег.

— Такая же чокнутая! — зло сказал высокий. — Эх, жаль, что нельзя тебе врезать!

— Будь с ним поосторожней, — сказал брат. — Это потенциальный жених. Видишь, какой красавчик? И он почти такой же умный, как и я. Хотя от ненависти до любви…

— Все равно не будет ждать четыре года, — отозвалась она. — Если умный и красивый, скоро окольцуют. Кажется, я его слишком сильно толкнула. Тебе помочь почиститься?

— Уйди! — отшатнулся он от девочки. — Оба психи! — И поспешил уйти, заметно прихрамывая на левую ногу.

— Я помешала? — виновато спросила Вера. — Только сейчас сообразила, что он тебе не противник. Ой, Олег, у тебя разорван ворот! И в этом опять виновата я! Я зашью, нужно только найти чем. Лена, у тебя есть иголка и нитки? — обратилась она к подошедшей Игнатовой и сразу же представила ее брату: — Это моя соседка, которую я тебе расхвалила.

— Красивая соседка, — одобрил он, заставив Лену покраснеть. — Жаль, что она так молода, а я уже занят. Ладно, девочки, вы тут гуляйте, а я пойду. Не колотись, я сам зашью.

Олег вернулся в свою комнату и обнаружил Ивана, лежавшего на кровати в привычной позе — лицом к стене.

— У тебя грязь на спине, — сказал он Звереву. — Давай помогу почистить, а то тебе самому неудобно.

— Отвянь, — ответил тот. — Если будешь приставать, сменю комнату!