Кстати, в той реальной и предельно трагической истории, когда страна стояла на краю гибели, тоже могли применить жидкокислородные установки. И на несколько недель раньше открыть «Дорогу жизни». И укреплять её периодически.
Я б ещё организовал навес из масксети. Получился бы такой тоннельчик, который с воздуха не увидишь. Не знаю, насколько это возможно, всё-таки несколько десятков километров, но почему нет? Ради спасения-то Ленинграда? Хотя самое главное для его спасения уже сделал. Сделали.
— Запускаем, товарищ маршал? — мне в лицо заглядывает майор Соломкин, комендант этой площадки. Такой весь округлый в своём бушлате и румяный. На подъёме парень работает, в режиме незнания никаких отказов от маршала Павлова.
— Стартуй.
Майор немедленно поворачивается к впечатляющей масштабом и необычностью упряжке.
— Начать движение! — и рукой резко вниз.
Три троса, прицепленные к цистерне, натягиваются. Ни за что так не сделаешь, чтобы толчок от нескольких тягачей идеально совпал в моменте. Поэтому цистерна сначала вздрагивает, скрипит полозьями и медленно-медленно начинает сдвигаться.
Её тянут три самолёта(2). Широко ухмыляюсь. Яки оправдывают своё название с неожиданной стороны, выполняют функцию именно тягловых животных. Ещё одно моё ноу-хау.
— Простите, товарищ маршал, — несмело обращается майор Соломкин, — но я, честно говоря, не верил, что так можно. Что сработает.
Насмешливо смотрю в его сторону.
— Товарищ майор, я — маршал и ничего с кондачка не делаю. Попросил ребят на авиазаводе проверить. Один Як тащит гружёную до отказа трёхтонку по накатанному снегу. При включённых на ней тормозах.
— А чего вы хотите, товарищ майор? У Яка мотор на тысячу лошадей.
Таких коней точно никто не использовал. А если что, они и взлететь могут. Только вручную придётся трос отцеплять. Вооружённые пушкой и пулемётами крылатые пегасы, едрит твою налево.
Тот же день, время 13:10,
г. Волхов, штаб маршала Павлова.
— Вот теперь можем и поговорить, — завожу генерал-лейтенанта в свой кабинет, довольно скромный закуток, если быть объективным.
— Я, Валериан Александрович, предпочитаю жить по древним заветам. Как там в сказке про бабу-ягу сказано? Сначала накорми, напои, и только потом с расспросами приставай. Что у тебя случилось?
Бывший генерал-полковник, а теперь генерал-лейтенант Фролов, командующий Карельским фронтом, лично прибыл. Что за беда?
После сытного обеда любой человек не склонен к излишнему волнению. Да и моя реакция его успокоила, не только обед. Не дал ему рот раскрыть, пока в столовую не сводил. Он, конечно, по многим делам приехал, вопросы снабжения, то, сё… это понятно. Но что-то его серьёзно гложет. Пока он собирается с мыслями, позволяю себе закурить. Предварительно открыв маленькую форточку.
— Понимаете, Дмитрий Григорич, — медленно начинает разгоняться генерал, — мы скрытно наращиваем силы, но моя разведка доносит, что финны усиленно готовят мощную оборону.
— Какой глубины оборона?
— Если учитывать дальнобойную артиллерию, то до восьми километров.
— А если не учитывать?
— Километра полтора-два. Три линии.
Прикидываю своё, задумчиво пуская кольца в окно.
— Это хорошо…
На мои слова Фролов слегка цепенеет.
— Простите, Дмитрий Григорич, что же в этом хорошего? Финны знают, что мы ударим в этом месте, а вы сами говорите, что известное действие обрекает его на провал.
— Есть ещё один принцип, который главнее, — сажусь за стол. — Нет никаких абсолютно верных истин. Да, финны знают, что мы ударим по Медвежьегорску. А чего бы им не знать, если эту информацию я им сам слил?
Обожаю такие моменты. Полминуты с трудом удерживаюсь от смеха, глядя на ошеломлённого генерала. Нет, хохотнул всё-таки.
— Расчёт именно на это, — справляюсь с весельем и объясняю. — Пусть финны считают, что контролируют ситуацию. Они видят, что подходят подкрепления и вооружения, но единственное, что они не должны знать, это про появление БМ-13. Ты получил дивизион?
— За ним и приехал, в том числе.
— Вот и замечательно. Лично проконтролируешь маскировку при отправлении. И об остальном позаботишься. Если надо, держи их за сто-двести километров от линии фронта, а подведёшь только по сигналу. Хотя что-то я маханул с двумястами километров. Хватит пятьдесят-семьдесят. Чтобы ты за пару часов успел их подвести.
— Саша, организуй чайку, — выглядваю за дверь.
— А теперь, раз ты здесь, давай накидаем план действий, которые ты начнёшь по сигналу «Тайфун», — замечаю за собой новую страстишку: слабость к звучным названиям. — Сигнал получишь по радио в зашифрованном, естественно, виде.
— Я всё-таки не пойму, Дмитрий Григорич, — Фролов обхватывает обеими руками алюминиевую кружку с парящим чаем. — Атаковать укреплённые рубежи, мы непременно кровью умоемся.
