Паоло выскользнул из комнаты, стараясь ступать как можно тише: все в офисе ломали голову над пунктами обвинения великого предпринимателя, вот уже два дня они круглосуточно трудились на благо Папы – шерифа, патрона, властелина мусора. Паоло вошел в свой кабинет, снял пиджак, стянул кашемировый свитер, завернул в него ноутбук и с опаской направился к двери. На полпути решительно развернулся и метнулся к столу. Достал из второго ящика красную пластиковую папку, тоненькую зеленую папку из картона и завернул в свитер вместе с ноутбуком. Получился объемистый тюк. Он снова надел пиджак и попытался незаметно унести добычу на плече, но не сделал и пары шагов, как сверток сполз назад, стащив с Паоло пиджак, так что тот остался в одной рубашке с висящими за спиной неопровержимыми уликами. Он позвонил по внутреннему телефону секретарше:
– Зайди, пожалуйста, на минуту.
Сара немного задержалась, хотя обычно отличалась расторопностью, однако в эти горячечные дни не только Паоло нуждался в ее услугах: были еще Каммарано, Дель Драго и особенно Кастальди, придирчивый и на редкость нудный.
– Я пришла, – сообщила она.
На ней была расклешенная юбка, она никогда не носила чулки, ее ноги, смазанные маслом карите, отливали золотом, и от них приятно пахло.
– Что нам нужно сделать? – спросила она.
Она сказала «нам», явно намекая на то, что готова на уступки.
– Нам надо вынести эти вещи из офиса.
– Но я не могу, адвокат. Это запрещено.
– Совершенно верно.
– Следовательно…
– Следовательно, ты вытащишь их вон туда.
Сара повернулась к окну. Только у Паоло к кабинету примыкала терраса на уровне земли, она выходила на прямоугольный внутренний дворик, засыпанный мелким гравием и вечно утопавший в тени, из-за чего растущая там черешня никогда не цвела.
– Я тебе потом позвоню. Только обязательно ответь, хорошо?
– Конечно.
Он подошел к ней вплотную, слегка прижался грудью к ее груди и, коснувшись губами ее уха, прошептал:
– Если тебя спросят о Марганти, ты ничего не знаешь.
– Адвокат, но мне и правда ничего не известно.
– Молодец, – выдохнул он, – тебе ничего не известно, но ты должна разузнать, по какому поводу выписано уведомление о подозрении.
– Ему?
– Мне.
– Куда вы пойдете?
– К Виоле. Она плохо себя чувствует.
Сара шумно выдохнула. Паоло был так близко, что у нее внутри все дрожало, она заглянула ему в глаза, желая подольше удержать его:
– Я слышала, как Марганти говорил по телефону, он сказал, что у вас проблемы… Что случилось?
Паоло сердито сверкнул глазами, видимо, ей не следовало задавать подобный вопрос.
– Если мне неизвестно, что случилось, как я смогу помочь вам, адвокат?
У нее на шее вздулась жилка. Выходит, Сара боялась за него? Она так ясно проявляла свои чувства, не скрывала своего волнения – все это неопровержимо доказывало ее нежную привязанность к нему, а он от этого уже совсем отвык.
– Сара, ничего не случилось.
В глубине души ему хотелось поведать ей правду, переманить ее на свою сторону, проявить честность, найти в ней опору. Однако он сдержался, и не потому, что не доверял ей, а потому что боялся впутать ее в незаконные дела. По той же причине он не позволял себе ее трахнуть.
– Марганти сказал, – продолжала она чуть слышно, срывающимся голосом, – что иногда вы принимаете на Фламинии отходы из Калабрии, на МБО, ровно на пару дней, а потом они исчезают.
– Он так и сказал?
– Да. Зачем вы это делаете?
– Потому что у них там дела обстоят хуже, чем у нас, они, бедняги, не знают, куда мусор девать.
– Но по закону мусор надо перерабатывать рядом с местом сбора. Разве они не обязаны это делать в радиусе ста километров?
– Ого! Смотрю, ты в теме.
– Только не разобралась, как его перерабатывают, когда поблизости нет заводов…
– То-то и оно!
– Не понимаю, – прошептала девушка. Ее грудь вздымалась, она шумно дышала носом.
– Тут особо нечего понимать, есть люди, которые ищут практические решения в интересах Юга, и это одно из них.
– Какие люди?
– Обычные люди, южане…
Паоло провел пальцем по ее левой щеке, пытаясь смягчить слова ласковым жестом.
– А Гримальди об этом знает?
– С ума сошла? – Он взглянул ей прямо в глаза: – Никто об этом не знает и не должен знать.
– Почему вы это делаете? Сколько вам платят?
– Сара, мне совсем не нравится этот разговор.
– Вы берете деньги и делитесь с руководством завода на Фламинии, и все довольны, так ведь? Марганти так и сказал…
– Уточни, пожалуйста, он все это сказал тебе или ты это услышала?
– Какая разница?
– Скажем так: существенная.
– На предприятия поступают несортированные отходы. Это не соответствует нормативам. Потом вы их куда-то отправляете, так? В конце пути они оказываются в море или их отправляют куда-то еще?
– Не знаю.
Она окинула взглядом комнату. И схватилась рукой за шею.
– Это вы подожгли завод на Фламинии?
– Ну хватит, Сара!
– Может, Марганти говорил с вами?
– Марганти следовало бы зашить себе рот, чтобы не болтать лишнего по телефону. А кстати, где он?
– Гримальди отправил его на завод, где был пожар.
– Прекрасно.
Сара опустила глаза, укоризненно пожала плечами и отступила на шаг.