Стоит тишина, которую нарушает только брачный стрекот агрилок, прячущихся в клумбах, и далёкий звон колоколов, доносящийся из истиннославного4 храма. Если забраться на крышу особняка, то можно увидеть блеск золотой восьмиконечной звезды, установленной на вершине его купола, напоминающего по форме головку устремлённой в небо ракеты. И всё это дополняет ни с чем не сравнимый запах жарящегося шенхеля, плывущий с открытой веранды…
От сладкой ностальгии его отвлекло странное ощущение в голове. Как будто кто-то приложил ко лбу грелку. Теплота становилась всё более резкой. Затем голову полоснула невыносимая боль.
Тауран резко дёрнулся и сжал голову руками. Вскрикнул его напарник. Казалось, что черепная коробка вот-вот лопнет и украсит кабину истребителя кровавыми ошмётками. Но длилось это состояние очень недолго. Потом тело обдало холодом, затем волной кипятка… и всё стало как обычно, только в голове осталось ощущение тёплой сдавленности.
– Ч-что это было?
– Раз мы живы – значит, это не смертельно, – ответил Тауран, осматривая местность из кабины.
Истребитель уже прошёл фазу резкого торможения, и пелена раскалённого светящегося воздуха спала, так что можно было разглядеть поверхность планеты.
Таурану ещё никогда в жизни не приходилось видеть такую прекрасную равнину, какая простиралась внизу. Это было немного похоже на то место, где он родился, только всё было ещё зеленее и ярче.
А что это за странные штуки плавают в атмосфере? Похожи на гигантских тёмно-зелёных медуз. Что это такое может быть? Чьи-то гигантские дирижабли? Но как можно изготовить и поднять в воздух подобную махину без использования стройплощадок, которых совсем не видно? А может быть, это такие живые организмы?
Между тем истребитель снизился до высоты в несколько километров и продолжал падать. Небо над головой с заметной скоростью светлело – слой атмосферы над истребителем всё рос.
– Тилон, готовься к прыжку!
Аварийное падение проходило в штатном режиме. Тауран медленно открутил винт, который держал кабину в загерметизированном положении. Он ожидал, что газ начнёт с шипением выходить наружу, но этого почему-то не произошло: несмотря на высоту, снаружи и внутри давление оказалось одинаковым. Занятно…
После этого он сорвал пломбы и дёрнул за рычаги. Колпак кабины со стуком отлетел, и в лицо ударил холодный высотный воздух.
– Прощай навсегда, друг! – крикнул Тауран обречённой машине за мгновение перед тем, как его с Тилоном выбросило наружу…
Монийцы приземлились на холмистой равнине, заросшей невиданной растительностью. Челнок подмял высокую траву и соприкоснулся с твёрдой землёй, о чём свидетельствовал мягкий толчок. Парашют отнесло ветром в сторону, и он опустился рядом, накрыв собой сразу триста квадратных метров.
– Ну вот, приземлились, – сказал Тромонт, отстёгиваясь от кресла. – Надеюсь, снаружи нас не ждёт какая-нибудь хищная тварь.
– Какая тут красивая трава!
– А я вот до сих пор думаю, что за ерунда плавает между облаков? – Лайта задумчиво посмотрела в потолочный иллюминатор, разглядывая гигантскую воздушную медузу, плывущую над ними.
– По виду похожи на огромные дирижабли!
– Я всё-таки склоняюсь к мысли, что это какие-то местные формы жизни замутили, – высказал своё мнение Тромонт, глядя в лобовое остекление. – Наверное, они надули себя водородом.
– А может, эти штуковины – плод трудов какой-то развитой расы? – выдвинул Маор свою гипотезу. – Я не представляю, как живые организмы могут жить и питаться на такой высоте.
– Нужно будет взять в плен кого-нибудь из трурнийцев, которые с нами сюда упали, и заставить слетать вверх, посмотреть, что там и как, – предложил Дуб.
– Ага, если они сами нас не пленят.
– Иначе мы никогда не узнаем, что это такое… Разрешите открыть люк?
– Крути. Авось не задохнёмся…
Дуб медленно отвернул винт, раздвинул страховочные скобы и аккуратно открыл потолочный люк.
Внутрь капсулы хлынул прохладный, свежий воздух иного мира. Он был насыщен запахами травы, земли и, казалось, был переполнен энергией жизни. Монийцы забыли обо всём и просто некоторое время с наслаждением дышали им, ощущая, как с каждым вдохом их тела наполняются энергией. Тромонт снова почувствовал, как у него греется лоб… Неужели опять будет приступ этой ерунды? Да нет вроде.
Маор медленно поднялся, пролез к люку и высунул голову, чтобы осмотрелся.
Местное светило стояло низко над горизонтом, освещая всё ярким бело-жёлтым светом – по всей видимости, сейчас тут было утро или вечер.
Первое, что бросилось в глаза – невероятное разнообразие растительности. Окраска её была различных оттенков зелёного, но местами попадались и растения с розовыми, фиолетовыми, белыми, золотыми и красными листьями. Высокие и низкие, широкие и узкие, густо покрытые листвой и совсем лысые… И принцип ветвления у разных видов был совершенно разный. Ничего похожего Маор ранее никогда не видел.