Невыносимо яркая вспышка света обожгла глаза, а корпус истребителя вздрогнул. Похоже, что объект, через который они прошли, был нематериальным, иначе их порвало бы на молекулы. А когда пилоты осмелились открыть глаза, то с удивлением обнаружили, что находятся совсем в другом месте. Боргваран куда-то исчез, звезда светила откуда-то с совсем другой стороны, а прямо перед ними на полнеба раскинулся шар незнакомой планеты. И она была невероятно прекрасна.
– Чудны дела твои, Спаситель, – пробормотал Тауран, разглядывая раскинувшийся перед глазами пейзаж.
Они попали сюда все вместе. Все три созвеньевых истребителя плыли в пустоте чуть впереди, а ещё дальше виднелся тот самый монийский разведчик, за которым они гнались. Истребители медленно уходили вперёд, а вражеский звездолёт, наоборот, постепенно приближался, и все вместе они падали на эту планету по касательной.
Какой именно монийский звездолёт перед ними находился – разглядеть пока не получалось из-за большой дистанции, но чётко было видно, что это машина класса «проныра». А это – редкий трофей даже для элитных истребителей из «золотой армады»… Если только всё это не было хитроумной монийской ловушкой.
Подумав, Тауран достал паёк, который сегодня играл роль полноценного обеда, и хотел было поесть, но еда не лезла ему в горло. Одолевали грустные мысли о мёртвой машине и о своей судьбе. Его мучил вопрос: как долго они тут протянут? И прилетит ли кто-нибудь за ними?
Первое, скорее всего, возможно – судя по виду космического тела, к которому они приближались, на нём была кислородная атмосфера и буйная жизнь. А вот второе… Вряд ли…
От этих размышлений его отвлекло любопытное событие: от монийского корабля на его глазах отделилась спасательная капсула. Значит, они живы… Забавно. Между тем, истребитель Врона уже почти с ними поравнялся.
– Вопрос: разрешите принять обед? – раздался сзади голос Тилона.
– Разрешаю.
– Принято…
В истребителе снова повисло тяжёлое молчание, было только слышно, как шуршит Тилон упаковками с едой. Он тот ещё любитель покушать, и у него всегда были кучи каких-то непонятных заначек с вкусностями. Но делился он ими только с Хорлаком. Иногда с девушками ещё.
Истребитель продолжал приближаться к планете и, одновременно, к спасательному челноку монийцев. Он висел прямо по курсу, постепенно увеличиваясь в размерах.
Тилон сидел молча, уставившись неподвижным взором в молчащую приборную панель. Им овладело какое-то тоскливое оцепенение. Траекторию истребителя изменить нельзя…
Между тем, Таурана одолевали грустные думы. Ведь где-то там, на его родной планете, осталась вся его семья – родители, брат и сестра… Слава Спасителю, что хоть его потенциальная невеста с ним попала. Ну, как невеста? Пока что они просто дружили: более тонкими вещами религия не позволяла заниматься. Да и не было между ними ярко выраженного физического влечения, скорее – просто дружеская нежность и симпатия.
Внезапно он увидел что-то странное. Несколько огненных объектов вылетело из-за горизонта и с огромной скоростью понеслось куда-то над планетой.
– Тилон, ты видишь это?
– Что? Вижу!
Странные корабли быстро пересекли небосвод и скрылись за горизонтом. Тем временем спасательный челнок приблизился вплотную к истребителю…
– Приказ: держаться крепче! – крикнул Тауран.
Это было бессмысленно – они и так были крепко пристёгнуты к креслам. Раздался мощный удар: истребитель врезался носом в корму челнока. Разница в скорости между ними составляла примерно 60 км/ч, так что толчок получился весьма болезненный.
Тилон охнул – пустая коробка из-под съеденного обеда вылетела из его руки, срикошетила от приборной панели, больно дала по носу, а потом, отскочив, громко стукнулась о металлостекло пред самым носом Таурана. Тот ловко поймал разгулявшийся кусок мусора.
– Тилон, что нужно сделать с коробкой из-под пайка? – с этими словами он сжал её, скомкал и затолкал в неработающий уже утилизатор.
– Что?
– Выбросить!
– Он не работает.
– И что? Тебе нравится получать по лбу коробками из-под еды и прочим хламом?! Вот будет у тебя свой истребитель – можешь там хоть каждый вылет свалку устраивать, чтобы всё это летало по кабине и при каждом манёвре стучало по башке! А я по лбу получать всяким мусором не желаю, поэтому ты весь свой хлам должен убирать в утилизатор независимо от того, работает он или нет. Ясно? Или нужны более увесистые аргументы?
– Принято… – Тилон быстро оценил уровень угрозы и решил не обострять ситуацию. Тауран очень любил заниматься нравоучениями.
Тем временем истребитель начал входить в атмосферу. По его корпусу заструилось пламя. Оно становилось всё ярче и ярче, а машина стала быстро терять скорость.
Тауран закрыл глаза, вспоминая свою родину.
Густой сад, засаженный марвами, блыквами и корлушами, от плодов которых исходит еле заметный тонкий аромат. По низенькому заборчику раскидал свои стебли душистый фержень, из-за забора выглядывают огромные синие листья экзотического шрына. В глубине сада – большой, просторный, обложенный натуральным камнем дом, увитый пидхом и тамклой.