У самого окна на лавке примостилась Муся Гутарева. Под большой шалью, уютно свернувшись клубочком, она по дожила голову на узелок. Ее темные волосы, обычно собранные пучком на затылке, сейчас рассыпались густыми прядями. Маленькие, чуть-чуть припухлые, красиво очерченные губы приоткрыты. Вздрагивают длинные ресницы под круто выгнутыми бровями. Вся она какая-то юная, безмятежная, ну прямо школьница. И только резкая складка у рта, которую и сон не может разгладить, говорит о том, как трудно этой девушке, каких неимоверных усилий стоила ей смертельно опасная разведка в Севске, сложная игра с Половцевым и полковником Шперлингом. А сейчас на ее долю выпадает новое испытание - поединок с сыном бывшего начальника штаба у Колчака полковником Сахаровым.
Жалко будить Мусю. Но легонько трогаю ее за плечо. Прошу прийти в штаб.
Мы втроем: комиссар, Гутарева и я. Муся веселая, оживленная, хотя после сна голос еще слегка хрипловат и глаза щурятся от света лампы. Как обычно, докладывает сжато, точно, выделяя лишь основное, главное. За эти две недели она побывала в Стародубе, Погаре, Трубчевске и Новгород - Северске. В Трубчевске узнала, что гестапо ищет Половцева, одного из организаторов «национал-социалистской партии всея России». Гестапо считало его своим агентом и вдруг узнало, что он одновременно служит английской разведке. Муся и покойный Вася Буровихин по нашему заданию неоднократно встречались с Половцевым, вошли к нему в доверие.
- А знаете, в Новгород-Северске я снова с ним увиделась.
- Ты ему сказала, что его ищет гестапо?
- Нет, товарищ командир. Но он, видимо, и сам это чует. Чуть ли не героя из себя строит. Обрадовался моему появлению. Был очень разговорчив. Я никогда его таким не видела.
- Что же он рассказал?
- В Северске новость: туда прилетал адмирал Канарис - начальник абвера, военной контрразведки Германии. Застал там переполох. После того как мы в Локте разгромили «партию всея России» во главе с Воскобойниковым, у немцев начались аресты и перемещения. Канарис все уладил. Полковника Шперлинга, горе-опекуна партии, перевели в Житомир.
По словам Половцева, в Новгород-Северске комендант Пальм рассказывал ему, что сейчас на всей оккупированной территории созданы «полиция беспеки» и части СД. Командует ими генерал доктор Томас. Заместителем у него граф Смыслов, который еще в царской охранке занимался делами большевиков. Говорит, что генерал Томас получил особые указания от фюрера: любыми путями навести порядок на Брянщине.
Половцев сомневается, что Смыслов - настоящее имя. Скорее всего, это конспиративная кличка. Но об этом графе говорят, что он матерый разведчик. Смыслову подчинен полковник Сахаров, который должен формировать воинские части для борьбы с партизанами. Оба приехали сюда из какого-то Ровса. Только я, товарищ командир, так и не поняла, что эго: город или учреждение?
Я уже знал, что РОВС - это организация. Еще во время боев под Киевом наш начальник штаба батальона Гриша Островский выведал о ней у одного пленного. РОВС - Русский освободительный военный союз - был организован в 1922 году в Париже великим князем Николаем Николаевичем Романовым. После князя на посту руководителя союза побывали многие - генерал Кутепов, потом Миллер, за ним Туркул и, наконец, фон Лемпке, который прочно обосновался в Берлине. Считая себя чистокровным арийцем, фон Лемпке подчинил эту организацию интересам фюрера и собрал в ней всю фашиствующую белогвардейскую шваль.
- Дальше, Муся, дальше? - в нетерпении тороплю разведчицу.
- Говорят, что граф Смыслов уже начал действовать: подготовил и забросил шпионов к партизанам и за линию фронта. Вот и все, - как всегда, смущенно опустив глаза, закончила Гутарева.
«Вот и все...» Смотрю на Мусю и думаю, сколько смелости и сноровки потребовалось от девушки, чтобы собрать такие сведения в самом вражеском логове. Это под силу человеку, которым движет чистая, самоотверженная любовь к Родине.
Мы начинаем разговор о новой разведке. Взвешиваем все «за» и «против». Богатырь просит Мусю подробнее рассказать о Сахарове.
- Он еще молодой. Полковничьи погоны получил за бои против республиканцев в Испании. Хвастается, что звание и награды дал ему лично сам Гитлер, а за борьбу с партизанами здесь надеется дорваться и до генеральского чина. Не зря ведь ему обещана всяческая поддержка: подбрасывают целую дивизию, сулят даже авиацию снять с фронта. Нет, что ни говорите, а игра с ним стоит свеч...
- Боюсь, Муся, этот волк может тебя раскусить, - не сумел комиссар скрыть своей тревоги.
- Я тоже думаю, лучше отвязаться от него .. - поддерживаю Богатыря.
- Не могу. Этого нельзя делать. Мне он доверяет, назначил встречу в Трубчевске. Если я не явлюсь, то мне вообще по этой земле не ступать. И сиди, Мусенька, дома, и загорай на печке... Какой же я тогда разведчик? Нет, этого никак нельзя делать.
- И все же лучше оставайся, - предлагаю я. - Переждем немного, посмотрим, как поведет себя Сахаров.
