Альфушники ушли. Есть там и нормальные, но что-то нам прям «повезло», что выделили этих. Вообще общаясь со спецурой, я понял что это такие же люди, но со своей спецификой. В действительно боевых подразделениях нет никаких понтов, не уставных отношений. Ведь от действий твоего товарища и твоих зависит жизнь группы. Никто и никогда не выбирал себе каких-то «крутых» позывных. Их всегда нужно было заслужить. Нередко ими нарекали за какие либо отличия в бою. Иногда по фамилиям, но это реже. А этот Хантер явно из блатника, сын какого нить генерала. Сомневаюсь что его кинут в серьезную какую-нибудь мясорубку. А вот на «спокойных» операциях сделает себе послужной список и поставят начальником. Каким он будет руководителем, думаю все и так понятно… Кумовство…
— Шмель, а нам действительно все это нужно? Ну, такими размалеванными быть? Ведь и правда засмеют, не отмоемся? — Спросил один из бойцов, рассматривая руны на щите. В принципе после того, как к нам заглянули эти, почти все бойцы испытали сомнения. Виктор внимательно посмотрел на одного из своих бойцов, самого низенького, но широкого, тот был угрюм, видимо это его обычное состояния, но он кивнул.
— Видишь, Леха считает, что не зря, а его чуйка на неприятности нас никогда еще не подводила. Да и мне не по себе от этого места, если честно. Такое ощущение что следят за нами, с того момента как мы сюда прибыли… — И обвел взглядом своих бойцов. Те кивнули и продолжили готовиться. С Саней я закончил, так что ко мне подошел Леха, с позывным Потап. Повернулся спиной и сел, чтоб мне было удобно наносить руны и символы на бронежилет и каску.
Стрижев задумчиво смотрел на бойцов вымпела, которые на полном серьезе наносили на себя символы и распределяли обереги.
— Михаил, можно и моим чем-нибудь подобным обзавестись. — Он помотал рукой в сторону оберегов и бойцов спецназа. Я отвлекся от своего рисования, задумчиво глянул на полковника и его ребят.
— Да думаю без проблем. Вон обереги разные, пусть возьмут по несколько штук. Православные кресты обязательно, а дальше что увидят. Краской будем на вас что-нибудь чертить?
— Андрей Валерьевич, может не надо? Зачем нам это? Нас же потом засмеют и прохода не дадут… — Начал мямлить Попов.
Стрижев хмуро на него посмотрел и сквозь зубы процедил.
— Березова, Сычев и Попов, я приказываю разобрать обереги и нанести на ваши камуфляжи необходимые символы. — Те тут же вытянулись по струнке смирно. Но Попов снова попытался, что-то сказать, но был перебит полковником. — Я не слышу?
— Так точно!!!! — Хором ответили те, и с кислыми рожами приблизились к столику, стали выбирать себе обереги. Я к тому времени полностью закончил наносить символы на кумуфляж и защиту спецназовцев. И задумался а может и мне на себя нанести? Глянул время. Минут 15 осталось, как раз успею этих троих размалевать и все.
— А мне, к стати, оружие выдадут? — Спросил я.
— Не положено. Нету у нас тут лишних стволов. И атк со своими приехали. — Буркнул Стрижов. Ну нет так нет, на что положено на то наложено.
За 15 минут успели экипироваться полностью. Мы, теперь, действительно были похожи на племя туземцев. Некоторые обереги были прикреплены, так чтоб не мешаться, но снаружи. Синей краской были намалёваны непонятные символы и руны. При этом все были в броника, камуфляже, касках и полной выгрузке. Тот еще спецназ, одним словом. Провожать нас пошли Стрижев вместе с Аллой. Последнего, кого привлекли как колдуна, брать не стали. Артема сдали какому-то бойцу и про него забыли. Как раз на счет его участия ожесточенно и спорили полковник со своими. Те на отрез отказывались его брать, в то время как полковник, явно не ровно к нему дышал, и хотел его туда пихнуть силой. Но здравый смысл и серьезные приготовления спецназа, даже несколько суеверные, все же возобладали.
Пока мы шли по лагерю все на нас оборачивались. Спецназовцы, в полном обвесе, с приборами ПНВ на шлемах. На бронниках разгрузки, на которых просто не оставалось свободного места. Гранаты боекомплект, разные устройства, Минидроны, чего только не было. И все это приправлялось, нанесенными непонятными символами непонятного цвета, и странными оберегами закреплённых то тут, то там. Видимо, еще бойцы с другой группы успели растрепать по лагерю, и сейчас многие откровенно ржали над нами. Бойцы чувствовали себя не в своей тарелке. Да мы все. Мне только было несколько наплевать, разве что, да Антону, или как его там.
