Команда подобралась хорошая, опытная: четверо «звездных ферзей», костяк группы, и молчаливый немолодой снайпер-сержант, перекинутый из другого отряда. Ни одного «грудничка», бойца-первогодка. Потрепанная и выцветшая форма, поцарапанное оружие с красноречивыми метками-крестиками на прикладах.
Новичком был только командир.
— Штабная крыса! — пренебрежительно прошипел кто-то за спиной, но, когда Олег резко обернулся, хам уже захлопнул пасть, и вся пятерка с интересом уставилась на свежеиспеченного командира: ну, что ты будешь делать? Вякнешь, как дурак, «кто это сказал»? Наорешь? Начнешь оправдываться? Или молча утрешься?
Олег решил ограничиться многозначительным взглядом «я все слышу и потом вам припомню», но команда, за вычетом сержанта, лишь заухмылялась. Заводилой у них явно был Эдик, русый дылда с угловатым лицом и глубоко посаженными, недобрыми глазами, как будто принадлежавшими человеку вдвое старше. Первым его шуточки подхватывал Уголь, темнокожий, но с европейскими чертами лица и тонкими гибкими пальцами, в которых сразу представляешь гитару, а то и скрипку, но никак не массивный плазмомет — Уголь был штурмовиком команды. Медик Стив и связист Марк, обритые под ноль крепыши, казались близнецами-братьями, даже татухи себе на щеках набили одинаковые — в память об одном особо рискованном задании, после которого от их роты остались только они двое. На самом деле характеры у приятелей были совсем разные, но раскрываться перед «типа командиром» они не собирались, такую честь еще заслужить надо.
— Ладно, ребята, айда собираться, — скомандовал Николаич. На самом деле черноволосого, скуластого и усатого снайпера звали Нафиль Нурисламович, за глаза Наф-Наф, но сержант предпочитал отзываться на вымышленное имя, а не слушать, как бойцы ломают языки об настоящее. — Пора на выход.
Олег собрался еще полчаса назад: начало операции назначили на семь ноль-ноль утра, и за пять минут до срока наивный командир уже стоял у взлетной площадки — в постыдно новом маскировочном комбезе, начищенных сапогах, шлеме и легком бронике-экзоскелете[1] (который был легким лишь по сравнению с тяжелым). Набитый под завязку вещмешок — десятидневный запас провизии и аптечка — давил на плечи, а сверху еще и аппаратура была приторочена.
К семи ноль-ноль бойцы пришли только полюбоваться на добросовестного идиота и лениво, вразвалочку удалились к казарме.
— Вот на хера нам шестой, да еще командиром? Лучше бы кибера нормального дали, — презрительно бросил на ходу Эдик, отойдя достаточно далеко, чтобы Олег его еще слышал, но правила приличия были якобы соблюдены. — А по этому рыжему чучелу давно помойка плачет, странно, что его еще после прошлого рейда не утилизировали... Толку с него, как с гнутой батареи...
Уязвленный Олег повнимательнее пригляделся к киборгу — единственному, кто подошел к площадке минута в минуту и тоже полностью собранным. DEX им действительно достался какой-то худосочный, хоть и «шестерка». Форма висела на нем мешком. Впрочем, она скорей всего просто была на размер больше, чем создавала обманчиво убогое впечатление. Ведь по стандарту DEX не может быть ниже ста восьмидесяти сантиметров, а его мощность почти не связана с объемом мышц, вон, даже без экзоскелета (на киборге был только простенький бронежилет) вещмешок в полтора раза объемнее Олегова держит. Вот только интересно, какой идиот додумался сделать боевого киборга рыжим? Шебское солнце обжигало слишком бледную кожу, покрасневшую и шелушащуюся на выступавших скулах и подбородке.
— Кибер как кибер, — пробормотал Олег, неожиданно ощутив к DEXу нечто вроде симпатии: они оба были в этой команде изгоями, от которых мечтают избавиться. — Ну что, рыжик, поработаем? Пойдешь с нами?
— Уточните задачу и координаты цели, — равнодушно отозвался тот. Голос был такой же тусклый и неживой, как глаза.
Парень вздохнул.
— Ладно, понял. На твою дружбу рассчитывать тем более не стоит.
Командиром группы Олега назначили чисто формально, пусть и официально. Все прекрасно понимали, что на самом деле принимать решения и отдавать приказы будет сержант — и с него же спросят, если задание будет провалено. Эдакий выгул крупного, но еще бестолкового щенка под присмотром опытного инструктора.
Олег, наверное, тоже злился бы, если бы ему всучили подобного начальника, да еще на боевую операцию, и был готов исполнять роль послушной сержантской тени, пока не наберется опыта. Все ведь когда-то с чего-то начинали. Но такое подчеркнуто пренебрежительное обращение, насмешки, издевки... «Возвращайся под папочкино крыло, жополиз, тебе тут не место!» Как будто диплом военной академии, год стажировки при штабе командования и офицерское звание — это не достижения, а позорное клеймо! Ну да, отец устроил... Но учился-то Олег сам, и сам же подал рапорт о переводе в горячую точку!
— Ничего, мы им еще покажем, кто тут крысы!
Киборг промолчал. Предложение было утвердительным, а не вопросительным, и не являлось приказом.
