Поскольку я писатель-фантаст, то всё вышенаписанное можно отнести к моему богатому воображению. А кому надо – тот разглядит свои символы и зёрна.
– Не слишком ли ты эмоционален для отрешенного воина?
– А кто сказал, что я отрешенный воин? Просыпаюсь утром в этой реальности, хотя мне этого не хочется. Встаю с кровати, хотя мне не хочется вставать. Иду, чищу зубы, завтракаю, хотя с радостью бы этого не делал. Ползу на работу, надеваю социальную маску, потому что надо, потому что должен. И по пунктам длинного списка продолжаю трудиться, выполнять, исполнять, осуществлять, реализовывать, биться, сражаться, бороться, хвататься, толкаться, рубиться, кидаться, бросаться, кусаться, вгрызаться… Насколько мне этого хочется – большой вопрос двойственного суждения. Во всех действиях местами явной, местами незримой подложкой просвечивает обстоятельство "должен, долг, исполнение, служение, отдача жертвы и квадры".
И когда средь серых однотонных будней между должными действиями рождается яркая искренняя эмоция, будь то гнев или сильное желание что-либо обрести, я не спешу давить зародыш в корне. Конечно, если это явно не вызывает излишний отток силы и не препятствует продвижению. В остальном же такие эмоции и желания поддерживают ощущение "Спасибо, что живой". Этими эмоциями можно играть, наслаждаться, упиваться, использовать в качестве катализатора разгона энергии в той или иной чакре.
Аркан Дурак: работа с информацией, с базами данных, с огромными массивами, кластерами и хранилищами знаний. Поток информации, поиск и нахождение уникальных фактов, аргументов и событий. Вундеркинд, дитя и бог, познающий и одновременно всепознавший.
Обновление баз данных, инициализация и установка новой информации, перезагрузка, расширение кругозора, глобальности и стратегического взгляда.
Шутки, розыгрышы, смех, веселье, приколы, игра, обман. Все эти забавы да прибаутки могут исходить от вас в случае внутреннего резонанса и лёгкости восприятия бытия. Также шутки вполне могут быть над вами. Не всегда это будет смешно для вас. Локианские грани архетипа Шута проявляются подчас в очень своеобразном юморе.
Свободный поток, вольный ветер, хаос и безграничность. Сегодня здесь, завтра там. Большая Игра как рулетка, как прихоть случая. В энергии Дурака нет жёстких запретов и лимитов, вы строите свой собственный Путь и свою реальность согласно настроению Духа. Я здесь, я вчера, я сейчас, я везде, я всегда. Во Времени и вне его, в пространстве и за пределами, в Игре и над нею, одновременно и по очереди. Иррациональность и случайность. Все случайности и внезапности имеют место быть и почти запланированы духом и его Планом. Мультивариативность событий и проявлений.
Шут, дурак, джокер, клоун, блаженный, юродивый, дух, сумасшедший, сумасбродный, пребывающий во множестве миров одновременно, не от мира сего. Тот, кто смеётся. Тот, над кем смеются. Тот, кто те, смеющиеся над смеющимся. Тот, кто играет. Тот, кем играют. Тот, кто играет самим собой в самого себя в своей собственной игре сознания.
Он не ломает законы мира, он их обходит и проходит насквозь, будучи прозрачным и пустым, на него нельзя воздействовать – на того, кто здесь и не здесь одновременно.
Выброс за пределы мира, за границы формы, в Третье внимание. Аннигиляция и лёгкий спонтанный возврат в некий определённый сосуд для воздействия с бытием. Как Неваляшка, что не падает, так Дурак исчезает в Бездне, в небытие, и вновь возвращается невредимый. Несложно надеть маску и изобразить форму, когда ты сам без формы и личины, при этом одновременно в себе содержишь все формы и все лица. Ноль – начало и конец, содержащий в себе все остальные числа. Телепортация, смещение и своевольная намеренная концентрация точки сборки в разных мирах. Ходящий между вселенными и измерениями, вечный путник.
Я смотрел в эти звёзды и не мог им простить, что у них нет Земли, и они могут жить…
Я взлетал к этим звёздам, к их холодному свету, возлелеев надежду убедить их ответом на немые вопросы, как они могут жить без Земли, без тепла, без людей, без сует и терзаний души.
Во кипящем котле средь народов и наций мы купались в страстях, порожденных телами. Человек человека пожирал бесконтрольно, человек человека размножал безгранично – как в пробирке с питательной массой хаотический бурный припадок смерти-жизни бурлил бесконечно, то взметаясь в вершины, то спадая к нулю – так воля богов себя проявила, уставшая слушать вечный зуд и стенанья.
