— Сердцеедов? — спросила Иллиандра, взглядывая на Диадру.
— Скорее я назвала бы их соблазнителями, — улыбнулась Элеонора. — И… быть может, вы не знаете, но в первую очередь это ваш кузен.
— Вуллар? — удивилась Диадра.
— Да, Вуллар Бушшье. И большинство его друзей.
Иллиандра не сказала ничего, лишь усмехнулась.
Элеонора показала им еще нескольких молодых людей, назвав их имена.
— Значит, Его Высочество к ним не относится? — еще раз спросила Диадра.
— Разумеется, нет.
Диадра торжествующе взглянула на Иллиандру.
— Но он, похоже, с удовольствием общается с ними, — Иллиандра с сомнением указала взглядом в сторону небольшой группы молодых людей, в основном тех, кого называла Элеонора; принц Плоидис был среди них и чему-то весело смеялся.
Элеонора мягко улыбнулась и посмотрела на Иллиандру.
— Здесь все со всеми общаются, — сказала она. Иллиандра поймала ее взгляд, и вдруг что-то прояснилось для нее. Что-то, что отличало эту прогулку от всех, которые она совершала раньше, в родном Борренале… Элеонора улыбнулась ей, прочитав во взгляде ее мысли. — Вы привыкнете, — сказала она мягко. И обернувшись к озерам, добавила беспечно: — А вот и лодки. Пойдемте, катание — это обычно очень интересно.
— … И все же, Илли, он смотрел на меня, — счастливо пропела Диадра, когда они, вернувшись после прогулки, уединились в одной из их комнат.
— Ди, оставь это. Выбрось его из головы.
— Но почему, Илли? Ведь и тогда, на лодках… помнишь? Он мне улыбнулся.
— Да, тебе и еще дюжине девушек, которые там были, — хмуро ответила Иллиандра. — Ты просто не замечала. И что бы ни говорила Элеонора, на мой взгляд, это именно тот случай, когда мужчины следует остерегаться — тем более, учитывая, что он принц.
— Почему же тебя так волнует, что он принц, Илли? Это ведь не лишает его человеческих эмоций!
— Разумеется, нет, — невесело улыбнулась Иллиандра. — Это не лишает его ни эмоций, ни желаний, ни эгоизма, и лишь добавляет ко всему прочему полную безнаказанность… ох, Ди, ну неужели ты не понимаешь? Даже если бы он действительно улыбался тебе, о чем бы, по-твоему, это говорило? Ведь Элеонора сказала, он подыскивает себе невесту. То есть, девушку с деньгами, положением и, вероятнее всего, потенциальной короной на голове. Не хочу обижать тебя, но на мой взгляд, ты не слишком подходишь под описание.
Диадра усмехнулась и вздохнула.
— Брось, Илли. Разумеется, я понимаю, кто он. Но почему я не могу хотя бы помечтать, когда он так улыбается мне?..
— Они все улыбаются. Им нельзя верить.
— Кому? — Диадра саркастично подняла брови. — Мужчинам? Илли, милая, боюсь, подобные мысли сведут тебя прямо в монастырь.
— Не мужчинам, — ответила Иллиандра, игнорируя колкость. — Придворным, всем этим лицемерным маскам. Они играют, они все, и твой принц, и король, и все, кто был там. Даже Элеонора. Меня удивило лишь то, что она все же помогла нам… почему?
Этот же вопрос Иллиандра повторила, когда на следующий день их неожиданно навестила Элеонора Белтар.
— Почему я помогла вам? — улыбнулась Элеонора. — Да потому, что помню еще себя такой же. Меня тогда научили родители, они объяснили мне то, что Вы, как мне показалось, поняли вчера… к тому же, я выросла в Авантусе, я знала этих людей. А вы нет.
— Но Вы ведь тоже… Вы так же живете, как они, — сказала Иллиандра.
Элеонора рассмеялась:
— И вы будете жить так. Поверьте, вы привыкнете, — сказала она. — Это и есть королевский двор. На самом деле, все вовсе не так мерзко, как вам сейчас представляется, — мягко улыбнулась Элеонора. — Все эти игры по-настоящему важны только для мужчин. Они занимаются политикой, они играют там, где ставки велики. Нам же с вами достаточно просто быть осторожными. А в остальном… мы можем просто веселиться, просто жить. Находить истинных друзей, с которыми можно общаться без притворства, а остальные… с остальными вы будете просто играть несложную роль, да и разве это плохо, если все улыбчивы и вежливы друг с другом? Интриг здесь не так много.
— Правда?..
— Конечно, — улыбнулась Элеонора. — Двор короля Стера всегда славился своей дружелюбностью. Вчера вам было не по себе, но только из-за того, что вы первый раз попали в это общество. Согласитесь, все же, вам было весело, не так ли?
— Да, — признали девушки.
— И что же еще, скажите, нужно девушкам в восемнадцать лет?..
Эстер Фрауэр чуть нахмурила брови и постучала указкой по столу:
— Девочки!
Четыре девушки, сидевшие за предпоследней партой, вздрогнули и подняли головы.
— Извините, госпожа Фрауэр, — сказала одна из них, с длинными темными волосами.
Эстер укоризненно покачала головой.
— Я думала, уж кто-кто, а ты, Роэл, должна понимать важность сегодняшней темы.
— Я понимаю, госпожа Фрауэр, — ответила девушка, слегка краснея. — Извините.
— Хорошо. А сейчас продолжим.
