— Но меня не будет с ними, Илли, — ответил Делтон. — Моя работа в другом. И даже если я останусь с ними — все равно. Твоя подруга, твой друг, которого ты вытащила из леса, а с ними и все члены вашей Братии — они верят в тебя. В тебя, не в меня, Илли.
— Я бы не справилась без Вас. И теперь не справлюсь, — тихо сказала девушка. Это было последнее ее сомнение.
Делтон взглянул на нее и мягко улыбнулся:
— Придет время, Илли, — сказал он, — и ты справишься.
Приближалось время весны.
Король, по словам Делтона, уже давно знал, где находится убежище Братии, но почему-то еще ни разу не писал туда.
— Может быть, нам стоит еще раз написать королю? — спросила Иллиандра, когда, еще по-зимнему холодным, но уже по-весеннему светлым вечером, убежище навестил Делтон.
— Возможно. Стоит заверить его в вашей готовности помогать ему.
— Я тоже так думаю.
Иллиандра присела за маленький овальный стол и, взяв перо, начала писать. Делтон внимательно посмотрел на нее и улыбнулся.
— Как всегда, изобретательна, Илли.
Иллиандра подняла голову.
— О чем это Вы?.. Ах, вот что… — она взглянула на перо.
За прошедшие месяцы она прекрасно научилась писать левой рукой. Она намеренно выводила буквы иначе, чем правой, и почерк был столь непохож на ее собственный, что теперь она могла, не опасаясь, сама писать королю.
— Ну, ведь я должна была что-то делать с этим, — Илли пожала плечами. — Не всегда хочется диктовать эти письма кому-то.
Делтон опустил глаза и усмехнулся в усы. Иллиандра, почувствовав его одобрение, порозовела.
Спустя четверть часа девушка, бегло проглядев написанное, сложила лист и сунула его в конверт. Запечатав его восковой печатью с гербом Архитогора — печать Ренос собственноручно вырезал из дерева, — она встала и уже протянула его Делтону, как вдруг остановилась и со странным выражением взглянула на графа.
— Хм… Ронтан… Разрешите… я сама отнесу это письмо.
Делтон внимательно посмотрел на нее.
— Зачем?
— Я… — Илли замялась. — Я хотела только… обещаю Вам, он не увидит меня и не будет знать, что я там — ведь я понимаю… о, я только хотела взглянуть на него…
Делтон мягко улыбнулся.
— Стоит ли делать это, Илли? — спросил он. — Подумай хорошенько.
— Прошу Вас, — тихо взмолилась девушка. — Я только увижу его.
— Твои чувства к нему могут помешать тебе быть Архитогором, — серьезно сказал граф. — Вспомни, Илли, они уже помешали тебе продолжить карьеру во дворце. Любовь к королю — это замечательное чувство, оно должно быть в сердце каждого его подданного. Но любовь к нему как к мужчине…
— Нет!.. — быстро оборвала его Иллиандра, испугавшись его слов, и почувствовала, как щеки ее с жаром вспыхнули. — Нет… я обещаю Вам… это ничего не изменит. Я продолжу делать то, что должна. Просто…
Делтон вдруг опустил глаза.
— Хорошо, Илли.
Иллиандра удивленно затаила дыхание. Она не ожидала, что он согласится.
— Правда?..
— Да. Пожалуйста, иди. Но только помни, что ни при каких обстоятельствах он не должен тебя видеть. У меня есть твое слово.
— Конечно… ах, спасибо Вам! — Иллиандра крепко сжала его руку в знак благодарности. — Спасибо Вам!..
Был уже поздний вечер, и на Авантус давно спустилась темнота. Редкие прохожие на улицах, не оглядываясь, спешили добраться домой.
На одной из узких улиц возле совсем неприметного дома остановилась девушка с глиняным бидоном. Неуверенно оглядевшись, она подняла руку и постучала четыре раза. Прошла целая тревожная минута, прежде чем за дверью послышались шаги, и в следующий миг дверь отворилась и из дома полыхнуло светом и теплом. На пороге стояла маленькая седая старушка. Подозрительно оглядев незнакомку, она на мгновение задержала взгляд на бидоне, потом пристально посмотрела ей в глаза:
— Что угодно?
— Бабушка… я Вам молока принесла, — сказала Илли неуверенно.
— Молока-а, — протянула старушка. — Что ж, ну, заходи.
Иллиандра вошла в маленькую прихожую и остановилась.
— Пойдем, чего встала, — прокряхтела старушка. — Там, вон, кладовая.
Иллиандра безропотно подчинилась.
Кладовая находилась в глубине дома. Заведя девушку внутрь и притворив дверь, старушка вновь внимательно оглядела пришедшую.
— Давай молоко.
Илли протянула бидон.
— Больше ты ничего мне не принесла?
— Еще рубиновую трость, — с готовностью ответила Илли. Все было так, как говорил ей Делтон.
— Ага, — лицо старушки загорелось. — Ну, такое сокровище нельзя хранить в кладовой. Пойдем.
Они вышли из чулана так же скоро, как и вошли. Взяв с полки свечу в переносном подсвечнике, старушка зажгла ее и повела девушку в дальнюю комнату.
Там, за шкафом, который был донельзя завешан старым тряпьем, скрывался потайной ход. Старушка привычным движением раздвинула вешалки, поколдовала над задней стенкой гардероба и, открыв потайную дверь, первой юркнула в проход.
С минуту они спускались по старой, с неровными ступеньками, лестнице. Затем перед ними предстала тяжелая дверь.
Старушка остановилась и обернулась к девушке.
— Ну, давай ее сюда.
Илли непонимающе посмотрела на нее:
— Кого?..
— Ну, конечно же, трость.
У Иллиандры что-то свернулось и ухнуло внутри.
