— Каким образом? — поинтересовался Лерар. — Хочешь испортить все дело перед самым концом?..
— Нет, — быстро сказала Иллиандра. — Нет, не нужно. Лучше, если я сама буду выбираться к Вам.
— Что ж, — сказал Делтон, поднимаясь, — пожалуй, разговор окончен. Пойдем, Лерар. Два старых путника, остановившись на ночь, спустятся проглотить скудный ужин.
— Вы вовсе не стары, Ронтан, — зачем-то произнесла Иллиандра, поднимаясь. Взгляд ее был немного усталым, немного отрешенным. Делтон мягко усмехнулся и по-отечески потрепал ее по плечу.
— Будь осторожна, когда будешь возвращаться домой, Илли, — сказал он только, снова переходя на «ты».
— Хорошо.
Мужчины вышли, оставив Корелла и Иллиандру дожидаться своей очереди. Каждому из них нужно было выждать немного, чтобы выйти, не навлекая подозрений.
— Илли… — произнес Корелл, оборачиваясь к девушке, когда шаги в коридоре стихли. — Как Вы? Я беспокоюсь за Вас. Вы выглядите такой усталой.
Иллиандра вздохнула:
— Спасибо, Корелл. Я действительно устала немного… вся эта ситуация сильно давит на меня.
— Вы так переживаете за Его Величество… — Корелл запнулся, а потом продолжил: — Вы, похоже, близко знаете его?..
Иллиандра удивленно подняла брови.
— Почему Вы так решили?
— На моей памяти Вы первая, кто назвал короля по имени.
Иллиандра отвернулась к окну.
— Я была знакома с ним когда-то. По случайности.
— Вот как?.. — задумчиво произнес Корелл.
Иллиандра не ответила, вглядываясь в темноту за окном.
Она знала, почему он спросил. С тех пор, как они познакомились, прошло целых полтора года, за которые она успела хорошо узнать его. Он был умен, но юность его — он был едва ли на год старше самой Иллиандры — давала о себе знать. Илли отчасти видела в нем себя, какой она была прежде: он был юн и неопытен, но благороден и предан своему делу. В конце концов, недаром Делтон доверил именно ему быть главным информатором и войти в доверие к Превилю; и Корелл прекрасно справлялся с работой.
И он был таким же, как Илли, идеалистом. Делтон часто лишь усмехался в усы, видя, как она и Корелл, его юные ученики, сходятся в своих мыслях.
— Из вас вышла бы счастливая пара, — сказал он однажды Иллиандре, после очередного разговора, в котором Илли и Корелл отчаянно доказывали ему, что если человек благороден, он не способен поступить нечестно по отношению к другому.
— Почему? — Иллиандра выпрямилась от неожиданности.
— Потому что ваше обоюдное благородство не позволит вам поступать друг с другом нечестно, — улыбнулся Делтон.
— …Илли, — позвал Корелл.
Девушка обернулась, возвращаясь к настоящему.
— Да?
— Я хотел сказать Вам… сейчас нелегкое время, и Вы, как человек, носящий такое имя… Вы подвергаетесь серьезным опасностям. Поэтому я лишь хотел заверить Вас, что Вы всегда можете рассчитывать на меня. Я к Вашим услугам.
Иллиандра чуть улыбнулась:
— Спасибо Вам, Корелл. Я ценю это.
Они вновь замолчали. Внезапно Корелл вздохнул:
— Ах, Илли, не женская это игра.
Иллиандра удивленно взглянула на него:
— Вы так считаете? Отчего же?
— Эти люди… Превиль и остальные… Вы не представляете, насколько они жестоки. Это все может быть слишком опасно.
— И что же? — слегка нахмурилась Иллиандра. — Считаете, я не подхожу для этого? Может, мне бросить все, бросить Братию, предать их и короля? Просто из-за того, что мне грозит опасность?.. Простите, Корелл, я считала, мы с Вами одинаково смотрим на мир.
Корелл потупил взгляд.
— Простите меня, Илли. Разумеется, это Ваш долг. Равно как и мой. Но что поделать, человеку всегда свойственно волноваться за тех, кто ему дорог…
— Я тоже волнуюсь за вас, — оборвала его Иллиандра, смягчая тон. — И за Вас, и за Вашего отца, и за Ронтана.
— И за короля, — произнес Корелл, вновь взглядывая на нее.
— И за Его Величество, — спокойно подтвердила Иллиандра. «Нет, Корелл, — подумала она, скрывая улыбку. — Простите, я не удовлетворю Вашего любопытства».
— Что ж, — Корелл взглянул на часы, стоявшие на старом комоде. — Пожалуй, время вышло. Вам пора идти, Илли.
— Спасибо.
Корелл учтиво поцеловал ее руку, задержав ее у себя на мгновение дольше положенного.
Иллиандра улыбнулась.
— До свидания, Корелл, — она направилась к выходу и, обернувшись уже у самых дверей, добавила: — Я ценю Вашу дружбу.
— Ты уверен, Плоидис?.. — капризно проговорила Иоланта. — По-моему, мне больше подойдут розовые.
— Я считаю, невеста должна быть белой, как лебедь, — вяло откликнулся Плоидис. — И цветы тоже. К тому же, думаю, тебе лучше спросить у твоего жениха.
— Алоссиан не должен знать, — сказала Иоланта. — Я не хочу, чтобы он видел мой наряд до свадьбы. И вообще, Плоидис, — Иоланта внезапно повернулась к нему, заставив портниху испуганно придержать сцепленные булавками края несшитой юбки. — Я же тысячу раз тебе это говорила, как ты меня слушаешь?..
— Что?.. — Плоидис поднял глаза и взглянул на сестру. — Иоланта, тебе стоило бы стоять спокойнее, если ты хочешь побыстрее закончить с платьем, — заметил он, наблюдая за взволнованными действиями портнихи, которая испуганно подбирала с пола выпавшие булавки.
— Плоидис, ты слышал, что я сказала?!.. — возмутилась Иоланта.
