– Вы поверили мне все свои тайны, услышав лишь один разговор, который выставил меня в роли королевского соратника. И разумеется, Вы даже не подумали, что все это могло оказаться лишь частью хорошо продуманного плана. Например, я могу быть заодно с Превилем и войти в доверие к Кореллу, зная, что он королевский шпион.
Илли недоуменно захлопала ресницами.
– Но… ведь Вы…
– Доверять можно лишь тому, кого слишком хорошо знаешь. Проверенным годами людям и, с осторожностью, тем, кто был посоветован такими людьми, – Делтон снова мягко, по-отечески улыбнулся. – А Вы разболтали все тайны первому встречному.
Иллиандра понуро опустила голову: ей нечего было ответить. Делтон ободряюще коснулся ее плеча.
– Ну, не расстраивайтесь так, дитя мое. Случайно или нет, но Вам повезло. Я служил королевским тайным гвардейцем еще при Стере, и Вы можете поверить в мою преданность и королю Плоидису.
– Да, но я не прощу себе своей глупости, – покачала головой Иллиандра.
– Ее еще можно исправить, – сказал Делтон, и Иллиандра удивленно подняла глаза. – Ведь всему можно научиться.
– Разумеется, – согласилась Илли. – Вы помогли мне увидеть одну мою оплошность, но сколько еще я их сделаю, прежде чем научусь вести себя правильно? Ох, наверное, мне лучше бросить все это… – расстроено произнесла она. – Иначе кто может поручиться, что я в конечном счете не наврежу Его Величеству?
– Кто-то более опытный, кто возьмется научить Вас всему.
– Кто же… – Илли осеклась на полуслове и с затаенной надеждой взглянула на Делтона. – О…
Он рассмеялся.
– Но почему Вы думаете, что у меня получится? – с сомнением спросила Иллиандра.
– У Архитогора не может не получиться, – ответил Делтон.
– Но Архитогор – это не я, – качнула головой Иллиандра. – Ведь я по-настоящему ничего и не сделала… Это заслуга моих друзей, убедивших отверженных, что король им поможет, потом сумевших обучить их письму, потом собравших все сведения… конечно, и я участвовала во всем этом, но одна бы я ни за что не справилась, – покачала головой Иллиандра. – А что потом? Ренос ездит по всей стране, насаждая веру в короля и Архитогора, а я провожу время, копаясь в Ваших бумагах. Нет, граф, увы, я не Архитогор. Я даже смеялась над этим именем, когда одна из девушек предложила его…
Делтон улыбнулся.
– И все же именно Вы находили решения, именно Вы давали советы. Именно Вы создали идею в целом и продумали детальные планы, и вовсе необязательно, если есть надежные друзья и верные люди, самой ездить по стране и воплощать их в жизнь. Особенно зная, что человек, сбежавший в леса от ига землевладельца, найдет общий язык с несвободными гораздо скорее, чем Вы, которая всю жизнь прожили в городе, учились манерам и мечтали о жизни при дворе.
Иллиандра слабо улыбнулась.
– Спасибо, граф.
– Я говорю это не для того, чтобы Вас утешить, – сказал Делтон. – Но потому, что это действительно так. Более того, – глаза его тепло сощурились, – думаю, что раз король выбрал себе в ученицы такую юную девушку, значит, она не глупа и достойна носить имя Архитогора.
– Я никогда не понимала, почему он выбрал меня, – покачала головой Иллиандра.
– Зато он понимал это прекрасно, – улыбнулся граф. И снисходительно добавил: – Дитя мое, Вы плохо знаете королей.
Иллиандра уже не в первый раз за этот разговор почувствовала себя маленькой глупой девочкой.
– Почему?..
– Если Вы думаете, что король Стер, светлая ему память, ничему не научил своего сына, то Вы ошибаетесь. О нет, Плоидис с детства вращался в политике, он знал все, что было необходимо, и набрался достаточно опыта. И уж конечно, Стер позаботился о том, чтобы его сын был знаком со всеми нужными людьми, – Делтон внимательно смотрел на Иллиандру; она чутко слушала его. – К чему, Вы думаете, я говорю это? – он чуть улыбнулся. – Я всего лишь хочу сказать, что у Его Величества было достаточно людей, из которых он мог выбрать себе окружение. Он же предпочел оставить Вас при себе. Это значит, Илли, что он увидел в Вас нечто достойное его внимания.
Иллиандра кивнула, но не поверила в последние его слова.
Все в мире вдруг перевернулось для нее.
И Плоидис, которому, как ей казалось, она смогла стать верным другом, вдруг оказался таким по-королевски расчетливым, и с кем – с ней, с той, которая любила его всем сердцем и никогда бы не предала. И все то, что она делала до сих пор, все, что казалось ей такой важной и незаменимой помощью королю, превратилось теперь в никому не нужные, словно детские попытки.
Она казалась себе наивной и беспомощной.
«Глупо… я такая глупая… я старалась помочь ему, а выходит, это было не нужно. Он не сказал мне, что у него есть целая Тайная гвардия. Наверное, он много чего не говорил… Да, он король», – и Иллиандра вдруг осознала, что до сих пор до конца не понимала этого.
Когда они впервые повстречались, она видела в нем высокородного сноба, потом – поверженного в отчаяние юношу; потом они узнали друг друга лучше, и Иллиандре показалось, что это начало неплохой дружбы.
