Как только правнучку Анечку принесли из роддома, на следующее же утро прабабушка Муся пришла к детям на Мойку и принялась за хозяйские дела, помогая молодой матери освоиться с младенцем и освобождая Викторию от забот, чтобы та могла спокойно учиться.
Бабушка Муся, помимо заботы о младенце, еще и готовила еду на три семейства: для внучки с мужем, для дочки с мужем и для себя с дедом Анисимом – и топталась-хлопотала, хозяйничала до глубокого вечера, пока дочь с мужем, бабушка и дед Анечки не возвращались с работы. Собирала судки с едой для деда Анисима и ехала на троллейбусе домой на Васильевский.
И так каждый день практически целый год, пока Виктория не вернулась на учебу. Тогда бабушка Муся решила, что пусть дочь с зятем и Виктория сами разбираются со своей жизнью и бытом, и просто забрала Анечку к себе, посчитав, что так всем будет удобней и, главное, ей больше не придется мотаться каждый день на Мойку к детям.
Всем и было удобно. Анечку сначала приносили, а потом и приводили, когда та пошла своими ножками, родителям-студентам и бабушке с дедом и оставляли на выходные, да и то не в каждые. Поскольку избалованная Мусей родня, освобожденная от необходимости подчинять свои жизни и быт интересам ребенка и заботе о нем, расслабилась, напомнив себе, что у них есть много увлекательных занятий помимо работы и учебы. Старшее поколение – бабушка-дедушка Анечки – вспомнило о театрах, музеях, кино, общении, встречах-посиделках с друзьями, туристических походах, поездках по стране в отпуск. А родители Анюты, помимо на самом деле очень серьезной, забирающей большую часть времени и сил учебы, не отказывались от пирушек в общежитии с друзьями и от тех же походов с рюкзаками и гитарами, и туризм и кино с театрами не обделили своим вниманием.
И получилось так, что Анечка росла не с родителями и даже не с дедом-бабушкой, а с прабабушкой и прадедом. Мнения же самой девочки насчет того, с кем и где она бы предпочла жить, никто не спрашивал.
Для большинства детей жизнь, лишенная постоянного тесного контакта с родителями и, главное, с мамой, имеет серьезные необратимые последствия для психики и восприятия жизни в целом. Ведь связь матери и ребенка – это самое важное как на физиологическом уровне, так и на духовном, энергетическом, что есть у человека. Об этой порой мистической, необъяснимой связи матери и дитя написаны целые трактаты и защищено неисчислимое число научных диссертаций.
Наверняка и для Анечки отсутствие постоянного тактильного, душевного и ментального близкого контакта с мамой оказало бы на психику девочки и идентификацию ею своей личности негативное влияние, если бы не два фактора. Первый – все же она не была полностью лишена общения с мамой, Вика любила дочь и старалась проводить с ней время, занималась с Анечкой в выходные, да и на неделе, бывало, приезжала к бабушке Мусе. Понятно, что этого мало, но все же было.
А второй – сама Анечка, у этой девочки имелся свой огромный, яркий мир.
Мир ее воображения, ее фантазии, того, что она примечала вокруг себя, что заинтересовывало ее, на что обращала внимание – смешную птичку на веточке во время прогулки, спящего на солнышке толстого рыжего кота, детей, игравших в песочнице, смешную старенькую машину, еле телепавшуюся по дороге, катерок, весело гудевший на реке, – и так до бесконечности. Ее занимало все вокруг, становясь частью ее внутреннего мира.
Она погружалась в свои фантазии, транслируя, перенося их на бумагу, и этот мир был столь захватывающе ярок и интересен, что ей некогда было печалиться и думать о том, что она давно не видела мамочку и папочку. Ей вообще всего было достаточно, и даже с избытком в ее маленькой жизни – радости, яркости бытия, общения, любви.
У нее в жизни было с избытком тепла, ласки, любви во всех ее проявлениях, обнимашек и поцелуев, нежной заботы. Ее холили, лелеяли, понимали и вполне серьезно относились к ее дарованиям и фантазиям – и все это давали ей от всей щедрости души прадедушка и прабабушка. Между Анечкой, бабушкой Мусей и дедом Анисимом была удивительная близкая связь, поразительное чудо духовного родства и глубокое душевное совпадение.
Когда Ане исполнилось пять лет, ее родители развелись, и папа уехал работать по распределению аж в какую-то загадочную далекую Сибирь, а мама осталась в Ленинграде, стараниями дедушки и бабушки и благодаря их связям получив распределение на работу в родном городе.
А в жизни маленькой Анечки ничего не поменялось, кроме того, что теперь она не встречалась с папой, зато он звонил и долго разговаривал с ней по телефону. И ей это ужасно нравилось, Анютка чувствовала себя взрослой, причастной к чему-то таинственному и непонятному, и, слушая голос отца в трубке, прорывавшийся через помехи, громко, звонко и весело кричала в ответ в тяжелую красную трубку, которую придерживал для нее дед Анисим.
