Ши — крепкий, широкоплечий человек лет сорока, с открытым, смеющимся лицом—незаметно подошел к вышке со стороны пристани. На нем была коричневая домотканая куртка, такие же штаны и резиновые сандалии. Широкополая, островерхая шляпа из пальмовых листьев висела у пего за спиной, так как солнце еще но припекало.
Ши — бродячий кузнец. Через его плечо было переброшено бамбуковое коромысло; на одном его конце висел кузнечный мех и бесформенный кусок железа — пако-вальня, на другом — корзина со старым железом, углем и жаровней.
Встретившись с добродушно-насмешливым взглядом Ши, смутившийся Железный Бамбук резко рванул на себя пучок бечевок. От чрезмерного усердия одно из бамбуковых пугал отбросило от себя прочь деревянную руку с привязанной к ней ржавой жестянкой, другое неуклюже плюхнулось на землю. Встревоженный птичий гомон надолго повис над полями.
— Полководец! — заразительно расхохотался кузнец. — Этак ты все свое войско растеряешь. Гляди, какие сразу потери!
Он опустил на землю походную кузню, неторопливо вытащил из кармана кисет с табаком, трубку и закурил от ражи галки.
Железный Бамбук виновато потер затылок.
— Проклятые! — буркнул он вполголоса, словно в свое оправдание. — Чуть только отвернешься, а они уж тут как тут.
— Много таких обжор! — подмигнул Железному Бамбуку Ши. — Не сажают и не жнут риса, а к столу без зова являются.
Он огляделся и молча поманил пальцем Железного Бамбука. Мальчик мгновенно соскользнул с вышки.
— Приходила джонка? — понизив голос, спросил кузнец.
— Ночью была.
— Куда спрятали груз?
— Отнесли к известковым скалам.
— Хорошо... Отец еще не вернулся?
— Он сказал, что с пристани пойдет еще в деревню Семейство Братьев Мин.
— Значит, теперь скоро не жди... — Ши вытряхнул трубку и, сунув ее в карман, поднял коромысло: — Ну, я пошел, сынок.
— Далеко, дядя Ши?
Бродячий кузнец многозначительно подмигнул мальчику:
— Туда, где для меня найдется подходящая работа!
Железный Бамбук понимающе кивнул ему. И кузнец, чуть раскачиваясь, двинулся полевой тройкой по направлению к соседнему селению.
Благодаря походной кузне дядя Ши мог свободно появляться в любом селении долины Желтой Протоки. Нередко бродячий кузнец заходил в дом Нгуена, отца Железного Бамбука. И мальчик догадывался, что через дядю Ши неуловимый Беловолосый — партизанский вожак, — держит связь с деревенскими группами сопротивления.
Никто не мог бы сказать, где живет дядя Ши, а возможно, у него и не было дома. Ведь каждую ночь бродячий кузнец ночевал на новом месте, и, если появлялась необходимость срочно встретиться с ним, это можно было сделать только через других связных. Однако Ши обладал необычным чутьем, благодаря чему всегда внезапно появлялся там, где он был нужен...
Железный Бамбук позавидовал дяде Ши: ведь он встречается с самим Беловолосым! Мало кто имел счастье видеть Беловолосого. Даже отец говорит, что не знает его в лицо. Но он объяснил Железному Бамбуку, что, если бы Беловолосый так умно не построил своей связи с патриотами, возможно, кто-либо из предателей давно бы уже выдал его французам. Ведь французские оккупанты обещали за голову Беловолосого огромную сумму денег.
Железный Бамбук взглянул в сторону французского сторожевого поста. Сквозь паутину его многорядиых проволочных заграждений угадывались бетонные колпаки со щелями для пулеметов, рвы и насыпи. Между пожелтевшими ветками маскировки проглядывали грубо сколоченные дощатые бараки и несколько аккуратных офицерских домиков. На высоком бамбуковом шесте трепыхался трехцветный французский флаг. Справа и слева от построек стояли сторожевые вышки, а ближе к реке находилась военная база горючего.
Ухо Железного Бамбука вдруг уловило постепенно нарастающий характерный скрежет металлических гусениц и глухое урчание моторов.
Мальчик быстро оглянулся.
Из ложбины один за другим выползали, словно крабы, два неуклюжих темно-зеленых чудовища. Это танки-амфибии. Переваливаясь на рытвинах, они поползли к Донг-Тоа, вероятно, для того, чтобы пополнить там свой запас горючего и двигаться дальше.
Железный Бамбук нащупал в левом кармане два крошечных, вырезанных из бамбука прямоугольника и переложил их в правый.
Сзади снова послышался скрежет и грохот.
Это двигались, лязгая гусеницами, бронетранспортеры с французскими солдатами. Не сворачивая к Донг-Тоа, они потянулись по Большой дороге на север.
Железный Бамбук сосчитал их и переложил иэ одного кармана в другой пять крошечных треугольников.
В кармане юного наблюдателя хранилось множество дощечек разных форм и размеров, и каждая имела свое условное значение: квадратик означал автомашину, прямоугольник с выемкой — орудие с тягачом... А без этих дощечек разве запомнишь, сколько и каких вражеских машин проехало, например, от Ханоя на север!
У товарищей Железного Бамбука для этой же цели служили бобы, косточки от плодов, семена и даже различных размеров и окраски птичьи перья. Только братья-близнецы Гороховые Стручки обходились без всего этого, но зато какая у них память!
