— Кто-нибудь еще ее там видел? — спросил Уард. Судя по смущенным взглядам и кивкам, они видели, но, как и Сара Камминз, не спешили делать выводы. — У вас есть какие-либо причины полагать, что она находилась в каких-то взаимоотношениях с Урсулой?
— Рейчел была ею одержима, — сказал Гарднер. — Она наверняка считала, что мы не замечаем, но вы бы видели, как она пялилась на Урсулу, когда думала, что никого рядом не было. Наблюдала за ней как кошка, когда у нас был перерыв на чай. Это было странно.
Уард посмотрел на других членов команды. Никто не спешил соглашаться, но никто из них и не протестовал.
Уард полез в карман плаща и вытащил пакет с биноклем, найденным на месте преступления.
— Кто-нибудь из вас видел это раньше?
— Это бинокль Рейчел, — тихо сказала Сара Камминз. — Она всегда носила его с собой. Она зверела, если кто-то брал его, даже на секунду.
Окончив опрос команды археологов, Уард отпустил их. Он вручал им свои визитки, когда они гуськом выходили из офиса, и просил их звонить ему лично, если они вспомнят что-нибудь еще, неважно, каким незначительным это покажется. Сара Камминз задержалась, и Уард подождал, пока они не останутся одни, перед тем как заговорить.
— Вы еще что-то хотите мне сказать?
— Они все видят только то, что хотят. Что-то беспокоило Рейчел, она странно вела себя, и мне кажется, что она не рассуждала нормально с тех самых пор, как приехала сюда. Я знаю эти признаки. — Говоря. Сара дергала края рукавов куртки и сжимала кулаки. — Я наткнулась на нее однажды в ванной. Я не знала, что она там была; дверь не была заперта. Она сидела на краю ванной, уставившись на нож в раковине. — Девушка с трудом сглотнула. — Я знаю, о чем она думала, что она хотела сделать, — Сара сделала глубокий вздох и задрала рукав, показав несколько побелевших шрамов от старых порезов. — Тут дело не в самоубийстве, и даже не в крови, все дело в боли — в том, чтобы хоть что-нибудь почувствовать, что угодно. И чтобы снова контролировать ситуацию. Я этого больше не делаю.
— Как думаете, Рейчел могла причинить вред кому-то еще?
Тревожные глаза девушки задержались на детективе.
— Я не знаю. Мне следовало уже давно кому-нибудь все это рассказать.
— Вы не можете винить себя в произошедшем. Я серьезно. Это не ваша вина, Сара. Вам есть кому позвонить — с кем поговорить?
Девушка кивнула и посмотрела в сторону.
— Моя сестра.
— И вы обещаете мне, что позвоните ей сегодня? — Она снова взглянула на Уарда и молча кивнула. Как вышло, что эта молодая женщина несла на себе груз всего мира? — Спасибо, что подошли ко мне, Сара. Это потребовало много мужества, и, возможно, изменит ситуацию в деле. Вы позвоните мне, если подумаете о чем-нибудь еще, неважно о чем?
Сара Камминз опять кивнула и ушла, засунув его визитку в карман брюк, медленно возвращаясь к работе. «Невидимые тревоги прячутся повсюду», — подумал Уард. Довольно сложно успокоить бурю, если ситуация вышла из-под контроля. Как же могут человеческие существа надеяться предотвратить конфликты, которые бушуют в душе, зацикленной на самой себе?
Судя по виду Оуэна Кадогана, он был не очень-то рад видеть детективов в своем кабинете, но он, очевидно, их ждал. Кадоган послал свою секретаршу, приятную на вид женщину чуть за тридцать, принести чайник и три кружки. Секретарша взглянула на полицейских с ужасом, смешанным с завороженностью, что было обычно для людей, неожиданно оказавшихся на периферии ужасного преступления. Когда она ушла, закрыв за собой дверь, Уард сразу перешел к делу:
— Мистер Кадоган, расскажите нам о ваших отношениях с Урсулой Даунз.
Оуэн Кадоган уставился на него, очевидно раздраженный прозвучавшими в вопросе намеками.
— Не было никаких «отношений». Она работала на болоте прошлым летом и в этом году опять вернулась. Я отвечал за нее и ее команду здесь, так что мы достаточно регулярно общались.
— Относительно чего?
— Относительно их успехов, не требовались ли ей какие-то поставки или что-либо из мастерской — говорили о вещах такого рода. — На мгновение он замолчал. — Трудно поверить, что она…
— Вы уверены, что все ограничивалось этим?
— Что все?
— Ваши отношения.
— Я же сказал вам, что не было никаких отношений.
— У нас есть свидетели, которые говорят, что у вас была пара весьма бурных разговоров с Урсулой пару дней назад. О чем вы говорили?
Кадоган отвел глаза.
— Это связано с вопросами персонала. Конфиденциальное дело.
— И насколько конфиденциальным это окажется, — вступила Бреннан, — когда нам придется просмотреть дела всех ваших сотрудников, чтобы все выяснить?
Кадоган поднял голову и посмотрел ей прямо в глаза; Уард подумал, что он вот-вот готов бросить вызов ее полномочиям.
— Мы расследуем убийство, — коротко сказала Бреннан, и Кадоган уступил.
— Прошлым летом Урсула подцепила одного из парней в моей мастерской, и я видел, что из этого вышло. Похоже, Урсуле нравилось все время что-нибудь испытывать, просто чтобы посмотреть, сможет ли это сойти ей с рук. Я не собирался снова такое допускать.
