– Меня кто-нибудь видит? – громко спросила она и забралась на преподавательский стол. Она махала руками и старалась всячески привлечь к себе внимание, однако никто не смотрел в её сторону, а преподаватель и вовсе отошёл к доске. Спрыгнув со стола, она забрала свои вещи и убежала. Спустившись на первый этаж, она нашла расписание Артура и отправилась к нему в аудиторию, но парня там не оказалось. Не в силах больше видеть окружающие её картины, она покинула университет и отправилась домой к своему другу, к тому, кто мог её понять. Как только она зашла в подъезд, то услышала грустную музыку. Где-то со второго этажа доносилась тоскливая песня, а голос явно принадлежал Артуру.
Ника медленно поднималась по лестнице, прислушиваясь к каждому звуку. У Артура был красивый голос, однако вся его песня была наполнена тоской и отчаяньем. Он пел о безысходности, о том, что вокруг сгущается тьма, и он не видит в ней выхода.
Доминика двигалась практически бесшумно, боясь, что из-за неё Артур прекратит играть. Дверь в квартиру была раскрыта настежь, и чем ближе она подходила, тем больше окуналась в музыку печали. Она ощущала, как грусть ещё больше наполнила её душу, ей становилось всё хуже и хуже, казалось, будто стены начинали давить. Весь мир стал чёрно-белым, и она теряла малейшую радость в жизни.
Артур сидел на диване и полностью погрузился в пение. Он будто бы отдался волнам музыки, растворился в ней. Он совершенно не обращал внимания на окружающую обстановку. Ника остановилась в дверях и просто наблюдала за ним. Она совершенно забыла снять пальто или даже разуться, ей просто хотелось слушать эту музыку. Она знала эту песню, иногда, когда на неё нападала тоска, она могла слушать её вечерами. Сейчас ей захотелось обнять его, просто побыть рядом, сказать, что всё будет хорошо. Пусть и в душе она сомневается в этом, пусть ей самой непросто, но она так хотела оказать ему поддержку.
Он прекратил петь и взглянул на девушку. Но в его глазах не было прежних эмоций, в них был страх, дикий, пугающий и отталкивающий. Он выглядел безумным. Поднявшись, он отложил гитару и подошёл к окну.
– Зачем ты пришла? – холодно спросил он, упираясь руками в деревянный подоконник. Его голос был грубым, и Ника попыталась подойти к нему. Она позволила себе обнять Артура и тихо проговорить:
– Я лишь хочу быть рядом. Мне страшно, Артур. Я не могу понять, что вокруг происходит. Ты мне нужен, вместе мы во всём разберёмся.
– Нет, – он убрал её руки и достаточно грубо оттолкнул. – Уходи, оставь меня! Я хочу быть один, – он заметно повысил голос и перешёл на крик. – Убирайся!
– Почему ты так со мной? Мы ведь друзья…
– Мы не друзья. Мы просто попали в сложную ситуацию, которая объединила нас… – он продолжал говорить о том, что она ошиблась в нём, что дружба была только с её стороны и что в иной ситуации они бы не подружились. Но Ника уже не слушала, она смотрела в безумные глаза Артура и чувствовала, как земля, будто бы уходит из-под ног, а в душе разливается боль. Она резкая, жгучая и липкая. В её глазах застыли слёзы. Нет, она никогда не сможет забыть этот взгляд и эти слова. Под его бессвязные крики она отходила к выходу и поспешила убежать, столкнувшись у двери с Изгоем. Их встреча было настолько мимолётной, что Ника снова не успела его разглядеть. Он помог ей подняться и быстро скрылся в квартире. Лишь спустя некоторое время, Ника смогла вспомнить, что у незнакомца были красивые зелёные глаза.
Она чувствовала себя потерянной и опустошённой. Ей казалось, что тьма сгущается, и нигде нет просвета. Она чувствовала, что попала в западню и ничего не могла с этим поделать. Так она и брела по городу, лихорадочно осматриваясь по сторонам, пытаясь ухватить мерцающих людей и как-то обратить на себя внимание, но её никто не видел. Она вышла в центр проезжей части и просто кружилась, хваталась за голову и пыталась унять внутреннюю боль. Внезапно ей захотелось попасть в церковь, ей казалось, что именно там она сможет найти покой. Она бегом пересекла мост и прибежала к маленькой беленькой церквушке. Посмотрев на деревянную тяжёлую дверь, она потянула её на себя. Дверь с трудом поддалась, и она попала внутрь, сразу чувствуя приятный запах от лампад и тихий звук пения, от которого успокаивалась душа. На голову она накинула шарф и прошла вглубь, смотря на расписной потолок, окидывая взглядом каждую икону. Она подходила к образам и молилась, просила Бога о помощи, просила увидеть родных. Она и не заметила, как припала на колени и прижимала ладони к груди, ей казалось, что если и есть в мире покой, то только здесь. Вокруг было тихо, лишь мерцающая женщина в синем платке аккуратно протирала иконы. Вот она прошла мимо Ники, остановилась немного, видимо думая о своём, а затем вернулась за прилавок и, вздыхая, поправила свечки. Ника поднялась и подошла к ней, попыталась заговорить, попросить свечку, но женщина её не услышала. И новое гнетущее чувство нависло над Никой. Она вышла на улицу и прямо в дверях столкнулась с Денисом, который смотрел на неё, как хищник на свою жертву.