Юные волшебницы Лила и Мимла отправились в лес за черникой и совершенно случайно повстречали там мифическую птицу Сирин. Каждый год в Яблочный спас она спускается с небес на землю и поет свои сладкие песни, погружающие в вечный сон все живые существа. Подхватив свои корзинки, Лила и Мимла бегут от Сирин наутек и попадают на незнакомое им болото, где их уже ждет снежный человек, который принимает их за кого-то другого…
Моим любимым бабушке и дедушке и Комельскому озеру посвящается…
Зачумленный сон воды,
Ржавчина волны…
Мы – забытые следы,
Чьей-то глубины…
Александр Блок.
Глава 1. Принцессы из Приозерья.
Мимла во все глаза смотрела на появившегося перед ней незнакомца. Он был похож на гигантскую болотную кочку, вдруг решившую подняться над зарослями ольшатника и ивняка и заговорить с ней. Мимла хотела было уже испугаться его устрашающего вида, но неожиданно сама для себя отметила, что болотный монстр напоминает ей простого эльзарского жителя: у него были ноги и руки, пальцы на руках и ногах… Все, как положено. Только массивные челюсти, поверх которых распластался широкий нос, необычно выступали вперед, а огромные, выпуклые глаза занимали большую часть лица.
Единственной одеждой незнакомцу служила набедренная повязка. Она была почти такого же алого цвета, что и ягодное ожерелье вокруг его шеи.
«Настоящий модник!» – подумала Мимла.
– Хрум – Ваш проводник и телохранитель! – проревел незнакомец и бесцеремонно схватил сначала руку Мимлы, затем Лилы и по очереди сжал их в своих больших ладонях. Сестры попытались ответить на рукопожатие, но скорей всего он даже не почувствовал этого.
– Ваши Высочества, прошу следовать за мной! – проводник неловко повернулся, ломая и без того хрупкие ветки низких елей, и, поднимая целую кучу брызг, тяжело запрыгал по болоту.
Лила с Мимлой некоторое время молча смотрели друг на друга. Хрум явно принимал их за кого-то другого. Конечно, они могли бы попробовать сбежать от него, прихватив ягодные лукошки или пожертвовав ими. Вот только шансов бесследно исчезнуть у них почти не было – всем известно, что болотные жители в своем родном царстве обладают огромной волшебной силой (это и понятно: дома, как известно, и стены помогают). Говорят, со своими пленниками они обходятся совсем не милосердно: держат их на цепи, заставляют возить на себе по болоту. Да, неприятная перспектива открывалась перед сестрами в случае побега…
– Давай примем его приглашение, – прошептала Мимле Лила.
Жадная до приключений Мимла одобрительно кивнула и смело прыгнула на кочку, на которой только что побывала мохнатая нога Хрума. Кочки на поверку оказались достаточно устойчивыми, они исправно подставляли свои мшистые спины и крепко удерживали сестер на себе. Некоторое время маленькая процессия ловко перемещалась по болоту. Вскоре Хрум поднял руку, сделав путникам знак остановиться. Мимла осмотрелась и невдалеке от них заметила высокий глухой забор с железными воротами посередине.
– Мы пришли, благородные госпожи! – кривая улыбка обнажила гнилые передние зубы их проводника.
– Спасибо за сопровождение, Хрум, – постаралась как можно вежливей ответить ему Лила. Вежливость, как известно, помогает в самых затруднительных ситуациях.
Хрум кивнул и неожиданно снова взлетел в воздух. В считанные секунды его мощное тело перенеслось к самым воротам, по которым он ударил с такой силой, что те все задрожали и жалобно завыли, сетуя на наносимую им обиду.
– Ключница! – взревел Хрум. – Опять спишь на работе?!
За воротами послышались торопливые шаркающие шаги.
– Что ты, батюшка! – начал оправдываться тонкий дребезжащий голос. – Для порядку закрыла.
С другой стороны кто-то долго и шумно возился с замком, безуспешно пытаясь вставить в него ключ. Наконец, ворота распахнулись, и перед сестрами предстала худенькая, растрепанная старушонка в поношенном сером платье. Возможно, в начале своей жизни это длинное, приталенное платье, с умело выкроенной широкой юбкой и изящными рукавами в три четверти, украшенное круглым кружевным воротником и множеством перламутровых пуговиц, и придавало элегантности своей хозяйке, сейчас же оно выглядело так, словно бесконечно устало от светской жизни и потеряло к ней всяческий интерес: подол его вытянулся, кружева пожелтели, а пуговицы бессмысленно болтались из стороны в сторону, точно стыдились своего жалкого существования. Из-под платья старушонки торчали изрядно стоптанные синие туфли. Каблуки туфель сносились неравномерно, поэтому при ходьбе их обладательница немного прихрамывала, при этом правое плечо ее опускалось ниже левого. Подслеповатые, почти прозрачные глаза ключницы слегка косили, тонкий нос был насмешливо вздернут вверх.
Старушенка смущенно вытерла скрюченные узловатые руки о ветхую синюю ткань и, слегка качнувшись, попыталась изобразить что-то похожее на поклон. Торчащие во все стороны шпильки при этом еще больше повыскакивали из наспех заколотых, успевших изрядно поседеть волос.
– Ваши Высочества, позвольте представиться: Хмара Болотная! – неожиданно напористо отчеканила она.
– Мы рады видеть Вас, Хмара, – Мимла учтиво склонила голову на бок. Как вы уже знаете, она подробно изучила дворцовый этикет и сейчас сочла, что настало самое время его продемонстрировать.
Ее сдержанное, полное достоинства приветствие, по всей видимости, произвело на ключницу большое впечатление, она растерянно заморгала подслеповатыми глазками.
– Хмара, ну, что ты встала?! Покажи гостям апартаменты! Мне на пост пора! – грубо вернул ее к действительности Хрум.
