— Это был наш изначальный план. Чтобы заполучить некоторые элементы ожерелья, было проще влиться в ряды противника. Хотя для Риты это было совсем другое… Она много лет мечтала об этом. После того как разочаровалась в идеологии паладинов ее тянуло на другую сторону. Именно она предложила этот вариант и это было вполне разумно. Чтобы осуществить переход мы нашли специальный ритуал — перерождение без перерождения. Он позволял стать вампиром без участия других вампиров и даже выбрать определённую формацию будущего тела. Правда в полноценного вампа переродиться не получится, скорее мы стали этакими полукровками. Имели сильно уменьшенные способности в силе и скорости, но зато и жажда крови и стойкость к свету тоже была выше. Этого для исполнения задуманного было бы более чем достаточно…
— Но я, конечно, спутал вам все планы…
— Да. Когда я узнал, что ты отдал ожерелье Лилит, мне, если честно, захотелось тебя придушить, но я понимаю, что тогда у тебя не оставалось других вариантов. Ну, а потом все завертелось уже быстрее. Я искал способ связаться с тобой, чтобы объяснить как следует действовать, но ты оказался шустрее, чем я ожидал. Самое интересное, что Рита и так начала подготовку к ритуалу, когда считала что я погиб. Встретиться с ней удалось в тот день, когда ты уже отправился к паладинам «на разговор с Лилит». То что ты там учудил было и для меня и для нее тем еще сюрпризом. Стало понятно, что надо возвращаться к первоначальному плану. Мы оба переродились и отправились искать тебя. Логичнее всего было начать с Усыпальницы царей, где лежало тело Акеми и ее кулон. Но мы банально за тобой не успели. Уже на подходе я видел как взорвалась Обсерватория и если честно я до сих в афиге… Что там случилось?
Джи поведал, что тогда происходило и закончил тем, что пришел в себя в магазине Ханны. Малкольм не перебивал, но чем дальше, тем больше хмурился.
— То есть в момент активации ожерелье было не на тебе?
— Ну да. Я же не совсем псих вешать на себя артефакт, которые с большой долей вероятности испепелит своего носителя?…
— Сдается мне, если бы ты был в нем, никакого взрыва могло и не случится. Ты явно провел ритуал не так как полагалось…
— Ну, извините!… У меня не было инструкции по активации божественных реликвий. Действовал по обстоятельствам. Я вообще был уверен, что Акеми сама справится. Это как бы ее игрушка… Но когда увидел, что она сама без понятия что с ним делать…
— Понятно. Ожерелье больше не считает ее достойным носителем, поэтому и не дало ей полного над собой контроля… — проговорил задумчиво Малкольм.
— Ты его не сильно превозносишь? Я понимаю божественный артефакт и все такое… Только вот внутри это все же сложный механизм, а не нечто живое и разумное…
— Ты же сам сказал, что оно божественное. Так что… — Малкольм с напускной высокопарностью улыбнулся. — … Так что тебе в любом случае его теперь придётся найти, чтобы завершить ритуал.
Последнее утверждение Джи совсем не понравилось и он поспешил спустить своего друга с небес на землю:
— Два вопроса: первый — «с чего ты взял, что это возможно?», и второй — «с чего взял, что я хочу?»
— Ну, насчет первого все очевидно — ты все еще жив, хотя все остальные развеялись мелким прахом, второй — у тебя нет выхода. Тебе теперь надо отложить на потом все срочные дела и поиски ожерелья поставить на первое место.
— У меня не первом месте немного другие планы… — Джи кивком головы указал в сторону королевского дворца.
— Тоширо?
— Он самый. Очень ручки чешутся ему благодарность выдать за всё хорошее. Мелкими порциями и по всему лицу…
Малькольм снисходительно улыбнулся и искоса глянул на Джи.
— Ну, допустим выдашь, и что? Тебе полегчает, но ничего это особо не изменит, да и проблемы Такары это не особо решит.
— Я вначале выдам, а там посмотрим…
Малкольм тяжело вздохнул и неодобрительно покачал головой.
— Ты, конечно, стал сильнее, но кое в чем остался все таким же деревянным… Вам с ним лучше работать совместно, как бы странно это не звучало. Ваши разногласия, все внутриполитические дрязги и вся эта война вообще — это так, мелкие детские обиды, по сравнению с тем, что нас всех скоро накроет…
— И что же нас накроет?
— Новое проклятье Такары. И боюсь, что решить это все может только избранный. То есть ты…
Джи снова тяжело вздохнул, сжал кулаки и с прищуром посмотрел на Малкольма. Тот, кажется, уже догадался, что его друг мысленно взвешивает куда ему заехать для начала, но продолжал стоять на своем.
— Не нравится быть избранным? Ничего не поделаешь…
— Я не избранный! — вспылил Джи. — С чего вы все вообще это решили?!.. Я — просто маг, который занимался поиском древней реликвии, преуспел в ее поисках и умудрился выжить там, где все прочие откинули копыта. Никакой избранности во мне нет ни на грош… Немного везения, наглости, упёртости под завязку — это да. Ну может еще глаза красивые… А вот избранность не завезли… что поделаешь.
Малкольм примирительно поднял ладони.
