Гриф огляделся. «Неплохо бы сохранить ловушку». Опираясь на доску, он аккуратно подтянул стенд. За стендом пошли мелкие деревяшки, которые уже разгорелись. Сталкер вытянул их на пол и затоптал огонь. Затем доской дотянулся до линолеума и сбросил в яму. Туда же полетели горящие ножки стула. Скатерть догорела и тлела сизым дымком. С огнем было покончено, но и света стало значительно меньше.
Гриф подумал вернуться в инвентарную, но вспомнил о двери в конце коридора. Стоя у края ямы, он посветил в ту сторону. «Силенок» фонаря добить до торцевой стены едва хватало. Не медля сталкер принялся разбирать завал, не особо заботясь о сохранности маскирующего материала. Занятый делом, он не замечал, как его язык шевелится в приоткрытом рте и оглаживает обломок зуба. Сталкер оголил левый край ямы, который вплотную примыкал к стене. Судя по диаметру, дыра перегораживала коридор целиком.
С помощью доски от скамейки Гриф перебрался на другую сторону. Держа в трех метрах перед собой пятно умирающего света, он быстро шел по проходу. На бетонном полу стали попадаться листья, веточки, комья сухой земли, и чем ближе он оказывался к двери, тем отчетливее они складывались в отпечатки лап. На пороге и раме обнаружились клоки серой шерсти.
Судя по расположению петель и прилеганию полотна, дверь открывалась внутрь. При виде массивной накладки электромагнитного замка, от которого к потолку тянулся провод, дверная рукоятка и отверстие для ключа теряли свою ценность. Сталкер лучом прошелся по электрической нитке и остановился на редукторе с суставчатым коленом. К редуктору от распаячной коробки тянулся черный двухжильный провод. Неаккуратная скрутка, заизолированная черной лентой, торчала рожками.
- Надо же, - усмехнулся Гриф. - Неужели это все она? - и снова испытал сожаление по поводу смерти ЧД. Снова сокрушался по поводу утерянных знаний. «Етишкин кот, теперь придется самому искать кнопку, которая открывает эту дверь. А дверь нужная. Надо думать, через нее она заманивала мутантов, те падали в яму, подыхали, затем багром поднимала труп и отправляла на корм мышам. Снаружи должна быть камера. Тот монитор с кустами показывал этот ход. Точно. Она не стала бы постоянно держать дверь открытой. В коридор мог просочиться чертов туман. Туман», - задумался Гриф, затем обернулся, посветил фонарем в сгустившуюся темноту. Желтый болезненный свет терял силу на удалении пяти метров.
Он выключил осветительный прибор, закрыл глаза. Так думалось лучше. Перед внутренним взором проплыли баллоны - и те, что в комнате штабелем заслоняли всю стену, и те, что навалены в мышиной комнате. «Мутантов забирала яма, - размышлял сталкер, окруженный беспокойной темнотой, - а огнемет отпугивал туман. И там должен быть выключатель, чтобы вырубать его, когда ЧД багром доставала мертвяков, а иначе ее саму изжарило бы».
В какой-то момент представился черный пласт земли в разрезе с каменными вкраплениями, с переплетением корней, а под ним светлый квадрат тоннеля в обрамлении бетонных стен, и он - Гриф, стоит в нем жалкий и мелкий, погребенный заживо.
Сталкер включил фонарь и трусцой направился к яме. Он торопился преодолеть ее до того, как батареи окончательно издохнут. Потом уже не важно. Хотя нет, надо подсоединить провода к клеммам.
Сталкер без труда перебрался через дыру, а когда оказался рядом с огнеметом, фонарь уже не мог добить до пола. Он держал его во рту и старался соединить провод, едва угадывая в темноте свои пальцы.
------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Боряня согласился. Он всегда соглашался. Чаушев догадывался, что майор делится с кем надо, поэтому не скромничает ни в средствах, ни в ценах. Ми-8 обошелся начальнику институтской охраны в кругленькую сумму. До последнего дня капитан старался выявить спецов, которые полетят на нем. Ничего не получилось. Лишь в день отправки он их увидел воочию. Большого и крепкого, скорее всего, наемника, он видел впервые. Второго, очкастого, с зарождающейся плешью на темечке, не в меру упитанного, раньше встречал. Тот работал в группе Васильева.
Их посадили в ЗИЛ, присланный Боряней. В кузов погрузили пять клеток с собаками и еще три ящика с неизвестным содержимым. Чаушев хотел поехать с ними и по дороге провентилировать тему, но места в кабине для него не нашлось, а брать уазик и потом на взлетке попытаться разговорить очкастого - не вариант. По договоренности их будет ждать уже «прогретая» вертушка, чтобы сразу стартовать. На этот день у майора было намечено еще несколько полетов.
Оборотливый Боряня использовал вертолет по полной. Проверенному, надежному и платежеспособному Чаушеву удалось заполучить желаемое не сразу. И то пришлось поуговаривать. Капитан секал, дело было не только в набивании цены. Ведомственный Ми-8 в условиях малой проходимости и жуткого дефицита контрабандных грузов, как в одну, так и в другую сторону, был расписан по минутам.
