Алексей поднял открытую тетрадь и сосредоточился на чертеже, сделанном от руки. Стрелки указывали на элементы какого-то устройства, аккуратная подпись под каждой объясняла: «Очистка фильтра циркуляционного узла», «Вентиль впускной», «Регулировочная шкала». Он услышал торопливый стук каблуков по бетонному полу. Поднял голову и увидел идущего широким шагом Грифа. Тот громко сказал:
- Собираемся, Ява! Живо! Дождь кончился.
Сердце заколотилось часто, гулко, по телу прошлась горячая волна озноба: «Началось». «Так, - нервно вспоминал Алексей последовательность своих действий, - комбез. Надо натянуть комбез, затем накладки. Сначала на ногу, потом жилет и последними на руки. Колпак не забыть бы».
- Ява, - говорил Гриф резко, убирая тетрадь во внутренний карман куртки, - помнишь, куда бежать?
- Да, налево, - отвечал Алексей, ощущая сухость в горле. - Дождусь, пока туман уйдет за тобой, и потом иду.
- Все верно, - Гриф засовывал в вещмешок бутылку с водой. - Только смотри, раньше положенного не рви. Дождись, пока он точно весь за мной утечет. Я буду мчаться быстрее лани. Буду орать. Ты выскользни и незаметно чеши к бэтару. Никакого лишнего шума. Все тихо, - напутствовал сталкер.
- Ясно, - отвечал Алексей, застегивая комбинезон. Все было обговорено уже по нескольку раз, но он не возражал против напоминания. - А листья точно не загорятся?
- Лучше бы они загорелись, но такому не бывать. После дождя все сырое. Ускоряйся по мере удаления и смотри в клешни не угоди. Ищи нашу тропку, она должна сохраниться.
- Да.
- Если не найдешь, куда побежишь?
- На северо-запад к полю, - отчеканил Алексей.
- Правильно. Старайся руки держать дальше от тела. Выбежишь на поле, стрельни и чеши дальше, пока ноги не отвалятся. Встречаемся возле ЗИЛов. Близко не подходи. И под ноги смотри, хотя аномалий здесь мало, лишняя осторожность не помешает. Будешь ранен или понадобится помощь, сколько раз пальнешь?
- Один. Замотай рукава, - Алексей протянул Грифу проволоку.
- Точно. И слушай, я тоже стрельну, как на поле выберусь. Если ни выстрелов, ни меня к вечеру не дождешься, иди к развалинам и ночуй в КУНГе.
- Помню.
- Вот и ладушки, - заготовленными отрезками проволоки Гриф затянул рукав на левом запястье, принялся за правое. - Смотри по сторонам. Лупыри тебя любят. Стреляй сразу.
- Ага.
Гриф встал на колени, обмотал брючины проволокой. Затем ножиком соскреб немного клея с грудной пластины и размазал по левой голени, там, где потерял накладку. Тем временем Алексей натянул на голову душную двухслойную балаклаву. Она воняла шерстью и потом.
Сталкер поднялся, критическим взглядом осмотрел парня, повернул кругом.
- Нормуль, - заключил он, - бери «гадюку» и айда за мной. Он закинул за спину вещмешок, продел обе руки в лямки, автомат перекинул через плечо, хлопнул по правому карману, нащупывая зажигалку. - Все вроде взяли.
Он прощальным взглядом обвел убежище:
- С богом, - и уверенным шагом направился по коридору к люку.
----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
С минуту Гриф вглядывался сквозь глазок в тихий, поблескивающий влагой лес. Желтый ковер и торчащие из него палки под серым тяжелым небом складывались в сюрреалистичную картину. Сквозь грязь, пыль и разводы на линзе лес казался туманным.
- Запаляемся, - сталкер повернулся к Алексею. Достал из кармана зажигалку, крутанул ролик. Вспыхнуло пламя, осветило бетонные стены, низкий потолок, суровые лица, словно высеченные из камня.
Сначала Гриф поджег факел, затем с факелом прошелся вокруг Алексея, зажигая клей. Алексей стоял звездой, держал в правой руке автомат и безропотно покрывался пламенем. От неотвратимости смертельно опасного мероприятия его сердце неслось вскачь, как лошадь, закусившая удила. Последней Гриф воспламенил грудную накладку. Пламя разгоралось, удлиняло языки. Потянуло горелой резиной, жаром обдало кожу вокруг глаз.
- Я пошел, - выдохнул Гриф, резко крутанул кремальерный затвор. Занозисто скрежетнул металл. Он плечом ударил в железный блин. Со скрипом ржавые петли провернулись. Сталкер высунулся, быстро осмотрелся, а в следующее мгновение уже бежал по шуршащей глубокой перине, поднимая за собой желтые листья.
- Эге-гей!!! - заорал он громко. - Херь дымчатая, давай за мной!!! Здеся я!!! Эге-гей!!!
Та, которую звали, не заставила себя ждать, казалось, она прикорнула поблизости и с первым скрежетом засова встрепенулась, навострила уши, а с «Эге-гей!!!» уже со всех ног мчалась догонять.
Бело-серый закручивающийся клин, подобно смерчу, только уложенному набок, туман стремительно возник справа. Низко стелясь, вздымая облако листьев, устремился за сталкером.
