В назначенный срок старик забрал свою дочь, рассыпаясь в благодарностях. Девушка была еще слаба, но не впадала больше в забытье и выглядела значительно лучше. Ее отец с опаской посматривал на Сехера, избегая встречаться с ним взглядом. Оставив богатые дары, процессия поспешно удалилась.
Сехер отправился было к дому, но что-то задержало его... По тропинке между тамарисками шла Тийна, она направлялась к беседке. Сердце его неистово забилось, как будто он был неопытным и наивным юношей, подглядывающим за купальщицами на отмели...
Сехер вошел в беседку.
– Виноградная лоза впервые взошла из-под земли после того, как она была удобрена телами тех, кто пал в войне с врагами.
Он сорвал крупную черную ягоду, попробовал.
– Сладко?
– Очень...– он произнес это тихо, едва прикасаясь губами к ее губам. Постепенно легкие прикосновения перешли в долгий медленный поцелуй. Он приподнял ее и прижал к себе, чувствуя, как бьется ее сердце и струится по жилам ее кровь... испытывая почти боль от этих прикосновений, жарких, словно солнце в час полдня. Рядом с ней он уплывал в край снов...
Перед ним вдруг возникло мудрое лицо Старого Оракула. Сехер тогда попросил его благословения и услышал в ответ:
– Иди и учись тому, что значит быть человеком.
– Как, Великий, разве я еще не знаю этого?
Старик засмеялся, гулкое эхо многократно отразило сухие короткие звуки, больше похожие на кашель.
– Колесо Судьбы будет вращаться, и змея еще очень много раз укусит свой собственный хвост, прежде чем ты поймешь...
Оракул снова не закончил свое повествование. Так было всегда. Сехер однажды спросил его:
– Почему?
– Ты жаждешь конечного, но твое естество – бесконечность. Ты – единственная точка отсчета в извечной и величественной Игре сотворения...
Видение померкло. Сехер почувствовал головокружение и внезапную слабость.
– Что с тобой? – Тийна стояла, освободившись из его объятий.
– Я, кажется, учусь, что значит быть человеком...
Он снова привлек ее к себе, прижавшись щекой к ее волосам, пахнущим солнцем и виноградными листьями.
– Я не смог избежать этого. И хвала Богам, что это случилось со мной...
Тийна прикоснулась тыльной стороной ладони к его щеке, гладкой и горячей.
В знойном воздухе неслышно пролетали утки. Сехер закрыл глаза, вдыхая запах ягод и нагретой земли...
