Снаружи было безлюдно и тихо. Зэрандер, держа за уздечку коня, зашагал к соседнему дому.
Дома, в котором жила Флая с её родителями, уже не было - от него остались только обгоревшие брёвна. Надо было разобраться с этим.
На требовательный стук в дверь ответили не сразу. Зэрандер прорычал проклятье и ударил так, что дрогнула вся стена. Мгновенно дверь распахнулась, и напротив рассерженного Воина Тени оказался немолодой мужчина, тотчас низко поклонившийся, опасливо косившийся на лицо Зэрандера.
Узнать Алека в Зэрандере было сложно, но он узнал, однако ему хватило ума удержать это в себе. В конце концов, только что Алек ворвался с мечом в свой собственный дом…
- В этом селе жила женщина по имени Флая, - утвердительно произнёс Зэрандер. - Где она?
- Господин, она давно уже не живёт здесь… Много лет прошло…
- Где тогда она? - недовольно спросил Зэрандер.
- Я…Я не знаю, господин… Клянусь, не знаю! Она сбежала… Куда-то к Алвалену… Но точно я не знаю…
Зэрандер, не удостоив его ответом, вернулся к своему коню, вскочил на него и, не задерживаясь более ни секунды, поскакал к стенам Алвалена.
* * *Свиржик был дома один.
Мать уехала в город, то ли что-то продавать, то ли покупать - да и неважно, а ему велела сидеть дома, питаться тем, что оставлено в погребе, но самому туда не лазить, а просить соседей, потому что там темно, и он может расшибиться, если оступиться, к тому же гулять не ходить, никому чужому дверь не открывать…
В общем, Свиржик ничего почти и не запомнил. Зато как только мать скрылась с глаз, он закрыл дом на ключ и убежал играть с приятелями в доблестных рыцарей, сражающихся с соседскими гусями и свиньями. Дело было увлекательное, но на закате нужно было возвращаться домой, потому что соседка придёт его "кормить", и нехорошо, если она его не застанет.
Ну а теперь соседка ушла, он сидит дома, за окном темень - хоть глаз выколи, а мамы нет… Ну да, она сказала, что переночует в городе. Спросила у Свиржика: "Хочешь, тётя Нелета с тобой посидит?" Свиржик отказался - терпеть не мог эту "тётю Нелету", она никогда не давала им играть у себя во дворе и постоянно жаловалась на него маме…
Однако ему вдруг стало страшно. Он крепко затворил ставни, запер дверь на замок и даже закрыл на всякий случай тяжёлым половиком - едва поднимал его в одиночку! - вход в подвал в углу большой комнаты. Но страх не пропал.
