Ожидаю тебя полностью

Джин Мортон училась на медсестру и работала в канцелярии Центральной городской больницы. Там она и познакомилась с Майком Брэдли, молодым голубоглазым ординатором.

Оба очень много работали и виделись урывками, так как Джин по выходным подрабатывала официанткой.

Но на пасхальные каникулы им все же удалось выкроить четыре свободных дня. Взяв палатку, они поехали к морю: купались, загорали, ловили рыбу — и любили друг друга!

После этого короткого отпуска, отдохнув и окрепнув, они были готовы справиться с любыми трудностями и строили грандиозные планы на будущее: Майк закончит аспирантуру, Джин получит диплом медсестры, и они поженятся.

Но не прошло и двух недель, как Джин стала испытывать постоянную слабость и тошноту. Она даже купила тест на беременность, чтобы убедиться, что причина не в этом.

Энергия Майка, казалось, была неисчерпаемой. Он раздражался, когда слышал очередной отказ подружки пойти вместе с ним куда-нибудь поразвлечься, и постепенно в их отношениях появилась какая-то трещина.

Майк стал посвящать все больше времени своим любимым мотоциклетным гонкам и с радостью согласился участвовать в соревнованиях, несмотря на все протесты и уговоры Джин. Она отказалась поехать на состязания и ждала его возвращения дома, но волновалась еще больше, чем если бы была в толпе зрителей.

О том, что случилось несчастье, ей сообщил профессиональный гонщик, приятель Майка.

Джин тут же позвонила миссис Брэдли и помчалась в больницу. Несколько дней она не отходила от постели не приходящего в сознание жениха. Потом приехала мать Майка и отпустила ее домой отдохнуть. Когда наутро Джин собиралась войти в палату, дежурная сестра сообщила ей, что больной очнулся и просил передать невесте, чтобы она больше не приходила. Потрясенная девушка настояла на том, чтобы поговорить с возлюбленным, и он объявил ей, что между ними все кончено.

Она убеждала себя в том, что это последствия травмы, влияние его родителей наконец. Но когда Джин попыталась еще раз увидеться с ним, ей было в этом отказано.

Затем Брэдли перевезли сына в клинику, расположенную ближе к их дому в Аризоне, и Джин больше не видела Майка. Она написала ему, но не получила ответа.

Летом ей стало совсем плохо и, измученная постоянной слабостью и тошнотой, она решилась на обследование. И тут к первоначальному диагнозу, связанному с кишечным заболеванием, добавился еще один: беременность. Защитить плод от влияния плацентарной недостаточности было уже невозможно.

Переступив через остатки гордости, Джин снова написала Майку. Письмо вернулось нераспечатанным, и она сдалась, поняв, что отныне ей придется рассчитывать только на себя.

Она уехала из города и сняла крошечную квартирку с окнами на восток, пытаясь создать приемлемые условия для своего будущего ребенка.

В канун Рождества, на шесть недель раньше срока, у нее родилась крошеная, слабенькая девочка. В первые двое суток все, казалось, шло нормально, но вскоре мать обратила внимание на то, что губы у малышки синеватого оттенка, а ноздри раздуваются слишком сильно, как будто ей не хватает воздуха. Джин решила обратиться к врачу-специалисту, и тот поставил диагноз — синдром дыхательной недостаточности. В кювезе повысили давление кислорода, и дыхание девочки нормализовалось.

Прошло несколько месяцев, прежде чем стало ясно, что маленькая София почти ничего не видит. Оставалось только благодарить судьбу, что она вообще выжила.

Джин бросила учебу, хотя до получения диплома оставался всего лишь год. Профессия медсестры всегда связана с дежурствами и ночными сменами, а ей предстояло растить ребенка одной. Пока Софии не исполнился год, пришлось работать на дому, печатая студенческие дипломные работы и диссертации.

Когда девочка подросла, Джин услышала, что в Северной больнице ее родного Джонсвилла разрабатывается специальная программа для развития и обучения незрячих детей, и решила вернуться. Программу вскоре приостановили из-за отсутствия средств, но, к счастью, место официантки было свободно, и, найдя няню, Джин приступила к прежней работе.

Позже ей удалось устроиться в больницу администратором, но в пятницу вечером и в субботу она продолжала подрабатывать в кафе, ведь эти два вечера в неделю были ее единственным развлечением. Джин ни с кем не встречалась, на это у нее не было ни времени, ни желания.

Она никогда не призналась бы себе, что ни один мужчина из тех, что пытались ухаживать за ней, не мог сравниться с Майком Брэдли.

— Привет всей компании! Мы вернулись!

Джин с улыбкой наблюдала, как все дети разом повернулись к ним и с радостными возгласами бросились навстречу Софии. Ее сердце слегка дрогнуло, когда она увидела, что один из мальчиков взял ее дочь за руку и потянул в дальний угол ярко расписанной игровой комнаты.

— Пойдем, я покажу тебе, что я построил, — сказал он, глотая в спешке слоги. — Вот, смотри!

Он тащил девочку за собой, пока она не коснулась рукой шершавой поверхности пластмассовых блоков.