Кейт достала из кошелька монеты и бросила их на тарелочку в кассу. За дверьми их встретило шумное море детей и пластиковых игрушек. Том вцепился в Кейт и отчаянно крутил головой из стороны в сторону, а она крепко прижала его к себе. Казалось, здесь нигде не было безопасной гавани. Она чувствовала, как колотится ее сердце, а по спине струится пот.
– А сейчас все в круг, – раздалась громкая команда.
Кейт от неожиданности обернулась и увидела рядом с собой энергичную седовласую женщину.
– Вон там есть детский коврик, – сказала женщина, указывая Кейт в дальний угол, затем неожиданно хлопнула в ладоши: – Время хоровода!
Она говорила красиво и нараспев, и Кейт наблюдала, как дети выстраивались в неровное подобие круга.
– Пойдемте, – пригласила она Кейт тоном, не терпящим возражений. – Проходите и присоединяйтесь.
Зазвучала песня «The Wheels on the Bus» в самом унылом ее варианте. Дети постарше начали ползать по полу, изображая скаутов, а Кейт спрятала Тома в ногах. Слишком уж маленьким он казался среди них.
«Когда мы выйдем из этого адского автобуса?» – хотела спросить Кейт, но седовласая женщина не прерывалась ни на секунду.
«Когда, в самом деле, останавливается этот автобус?»
В последний раз она сидела на таком коврике, когда сама была ребенком.
«Мисс, мисс, мы что, еще не приехали? Пожалуйста, мисс, я хочу сойти».
В конце концов «автобус» резко остановился и после нескольких сумбурных повторов «Twinkle Twinkle» и «Wind the Bobbin Up» воспитательница наконец хлопнула в ладоши: «Хорошо, дети. Теперь играем самостоятельно!»
Тут же раздался крик: мальчики и девочки постарше бросились к стеллажам с одеждой. Одна девочка выскочила из свалки в костюме пожарного, ее мать в хиджабе одобрительно ей улыбнулась и показала большой палец. По комнате крутились и бегали супергерои. Кейт отступила в угол, к детскому коврику, где были разбросаны игрушки.
– Господи Иисусе, здесь что, Третья мировая война началась?
Кейт подняла голову и увидела стоящую рядом женщину с ребенком примерно того же возраста, что и Том.
– Мне сказали, что для малышей это тоже подойдет, – проговорила женщина.
– Я знаю. Но думаю, что вам лучше держаться в углу, – ответила Кейт, рукой показывая на коврик под собой.
– Ну и какой в этом смысл, черт возьми?!
Женщина выглядела сердитой.
Сидевшая на руках девочка увидел Тома и потянулась к нему. Мать заметила это.
– Ты хочешь спуститься?
Она опустилась на колено и положила ребенка на ковер.
Ребенок был одет в безвкусный свитер ручной вязки, а на женщине была самодельная шляпка, придававшая ей вид маленького гриба. Такие шляпки Кейт видела на крестьянах с полотен Брейгеля. Женщина стянула с дочки шапочку, потом разделась сама. Она оказалась миниатюрной особой с нежным выражением лица, короткими каштановыми волосами и челкой, зачесанной набок.
На коврике дети ползали дург за другом. Когда их ладошки соприкасались, оба малыша кричали от восторга, а мамы смеялись.
– Кто у тебя?
– Это Том, – ответила Кейт.
– А это Нора.
– Хорошее имя.
– Думаешь? Муж придумал. Все, что предлагала я, было связано с какой-то древнегреческой трагедией. Антигона. Ифигения.
«Она что, шутит?» – не могла понять Кейт, но женщина поймала ее взгляд и улыбнулась. Она сдула челку со лба и спросила:
– А почему Том?
– Ну нам обоим просто понравилось.
– Справедливо, – заметила мать Норы, протягивая дочке игрушку со множеством кнопок. Когда Нора нажимала на них по очереди, игрушка озвучивала детские стишки с американским акцентом.
Тут же мать Норы наклонилась и выключила звук.
– Все, хватит. На сегодня довольно.
Нора понажимала на кнопки, но стишков больше не было, поэтому она потеряла интерес и поползла к Тому, который колотил кубиком по краю стола.
– Мне нравится его пижамка, – сказала женщина, указывая на Тома.
– О, – Кейт почувствовала, что краснеет, – он заспался, и мы не успели переодеться. Даже опоздали.
– Я бы и сама ее все время носила, если бы можно было. Представь себе, укладывает тебя кто-то в кроватку и ты спишь, сколько хочешь!
Женщина прикрыла глаза, и на ее лице проступила усталость. Но тут раздался громкий крик Норы, и она их снова открыла. Нора тянула Тома за волосы.
– О, нет, нет! Мы не хватаем за волосы, дорогуша, – произнесла женщина, поднимая девочку и сажая ее на колени. Ее пальчики отчаянно хватали воздух.
– Нора. Барнакл, – вдруг выпалила Кейт прежде, чем подумала. – Это из Джойса.
Женщина усмехнулась.
– Ага. Барнакл она точно напоминает, – она шутливо провела пальцем по носу дочери. Мой муж изучает Джойса. А я – Дея. Чем займемся дальше?
У нее болела голова, язык, похоже, распух. Пинта пива рядом с кроватью была пуста: должно быть, она просыпалась и пила ночью. После репетиций Лисса поесть не успела. Она отправилась в паб вместе со всеми и выпила там три бокала вина, прежде чем поняла, насколько голодна. К тому времени кухня паба была уже закрыта, так что ее ужин состоял только из пары пакетов чипсов.
