– Ну что же, будем ждать понедельника, – произнёс сквозь зубы Орлов, заходя в парадную дверь.
Рабочая пятница прошла у Глеба относительно спокойно, не считая вечных придирок Королькова. Видно он хотел в свой последний день в качестве начальника отдела сделать всё, чтобы его запомнили не самым приятным образом.
Продажи текли вяло.
Лето на носу; народ подумывает об отдыхе. Кто-то уже на отдыхе, а отдых предполагает повышенную растрату денежных средств.
Просиживать на «пятой точке» Орлову порядком надоело, отчего его душа взывала прагматичный разум к увольнению. Глебу оставалось дождаться понедельника, чтобы воочию взглянуть на нового начальника отдела. Вениаминов сумел заинтриговать его.
Орлов вернулся домой после восьми вечера. Усталый он принял душ, перекусил и прилёг на диван в гостиной. Мужчина испытывал чувство недосыпания, отчего его глаза быстро потяжелели и закрылись.
Балкон на кухне и форточки в старых больших окнах квартиры были приоткрыты. Доносившиеся голоса людей, бродивших по северной столице в начале разгара туристического сезона, не помешали Глебу погрузиться в сон.
Орлов проснулся от звонка в дверь.
Глеб не спеша подошёл к входной двери.
– Кто там? – поинтересовался он.
– Хай, мэн, – громко донеслось из-за двери, – может, ты впустишь меня в свою берлогу?
Хозяин берлоги открыл дверь и пропустил мужчину вовнутрь.
– Привет, – недовольным голосом пробурчал Орлов, – скоро полночь, а ты вламываешься к добропорядочным гражданам.
Незваным визитёром оказался его друг детства, одноклассник – Илья Андреев.
– Десять минут двенадцатого, если быть точнее, – поправил его друг детства. – Собирайся!
– Куда? – с удивлением посмотрел Глеб на Илью.
– Ми ыдъём чу-чуть отдыхат в дэнц клаб, май фрэнд, – произнёс на коверканном языке друг детства.
– Ты сбрендил, – констатировал Глеб. – Всё, вали домой Илья. Я буду спать.
Орлов поплёлся к двери, давая понять незваному гостю, что его визит закончен.
– Не будь занудой, старик, – разводя руками, проговорил Илья, – пятница же. У тебя два выходных впереди. Я понимаю, была бы зима, сам люблю в тепле посидеть, но на дворе лето. До спячки ещё далеко, друг!
– Вообще-то друг мой, – направил Глеб руку с указательным пальцем в сторону одноклассника, – у меня скользящий график, если ты забыл. И в выходные дни я тоже могу работать.
– Тем более, – продолжил Илья. – Ты сидишь целыми днями в своей хате, ни с кем не общаешься, кроме телефонных покупателей. Друзья к тебе уже боятся приходить.
– Ну и ладно, – перебил его Глеб.
– Неладно это, – подчеркнул Илья. – Ты даже ремонт в своей квартире не можешь сделать. Твою берлогу можно Ленфильму сдавать как декорацию для фильмов про былое лихолетье Союза.
– Илья, – рассерженным голосом сказал Орлов, – давай ты мне свои недовольства и претензии по электронке скинешь, а я их рассмотрю в тридцатидневный срок.
– Пожалуйста, Глеб, – мягким голосом проговорил Илья, – составь мне компанию в этот прекрасный июньский поздний вечер. А? Я хочу с тобою, как со старым другом по парте поговорить и расслабиться, в конце концов.
Друзья посмотрели друг другу в глаза несколько секунд.
– Ну, что с тобою делать? – ухмыльнулся Глеб. – Пошли гулять.
– Ты мне ещё спасибо скажешь, – задорным голосом сказал друг детства. – Я буду ждать тебя в карете, мой друг.
Илья покинул квартиру, а Глеб стал в быстром темпе собираться на ночное рандеву.
Не заставляя долго ждать друга детства, Орлов в скором времени вышел из подъезда и сел в черный спортивный автомобиль.
Чёрная машина выехала из старого переулка и устремилась к набережной, где сияли огни, и играла музыка.
Зайдя в клуб, друзья расположились в таком месте, откуда хорошо просматривалась танцевальная площадка. Они заказали пару лёгких коктейлей. Илья без предупреждения по личной инициативе удалился за пределы взора Глеба.
– Живём, друг! – громким голосом проговорил Илья, возвратившись и присев в уютное мягкое кресло.
– Кальян? – произнёс Глеб, наблюдая за тем, как его друг поставил на стол «курительную башню». – Зачем?
– В коим то веке я вытащил тебя в греховное царство, – сказал Илья. – И если мы с тобою не покурим кальян, это будет преступлением перед Люцифером. Кальян – бомба! Только для избранных.
– А почему бы и нет, – ответил другу Глеб, запивая сказанное сладким коктейлем.
– Полетели, друг, – сказал Илья, затягиваясь из «курительной башни».
– Сдаётся мне, друг, в этом кальяне содержатся фрагменты радости и умиротворения, – предположил Глеб, перед тем как затянуться.
Илья в ответ лишь улыбнулся.
После нескольких затяжек друзья погрузились в созерцание происходящего вокруг них. Народ мельтешил перед глазами друзей, играла ритмичная музыка, а стройные официантки в облегающей одежде с подносами создавали красивый фон.
– Хорошо ли те, девица? Хорошо ли те, красная? – обратился, посмеиваясь, Илья к Глебу.
– Хорошо, Морозушко! Хорошо, Батюшко!
Друзья снова замолкли, посматривая, то друг на друга, то на танцующих людей.
