— Тормози! — скомандовал я, и мы, откинувшись на стульях, блаженно застыли, как удавы после визита в кремлевский буфет, переводя дух и набираясь сил.
* * *
— Внимание, движение у подъезда.
— Клиент? — с надеждой спросил крепыш.
— Нет, какой-то лох с букетом.
Лифт в подъезде, как водится, не работал. Стоящий у окна хорошо слышал, как хлопнула дверь и кто-то принялся подниматься по ступенькам. Вдобавок ко всему этот кто-то еще и пел тонким, почти детским голоском, немилосердно при этом фальшивя. Певун дошел до пятого этажа и поднялся еще на пролет вверх: недешево и со вкусом наряженный невысокий, можно сказать, мелкий субъект щуплого сложения. Ангелоподобное личико в обрамлении длинных, спадающих на воротник дубленки, волнистых волос. Увидав стоящего между этажами у окна, пение прекратил и тихонько прошел мимо, прижимая к груди здоровенный, стеблей на пятнадцать, букет чайных роз. Крепыш в очередной раз закурил и повернулся к окну.
— Мужик, эй мужик, — вдруг пропищали сзади.
— Чего тебе? — не оборачиваясь, спросил тот.
— Мужик, ну чё ты?
— Мужики в поле, — наставительно проговорил крепыш, разворачиваясь. И тут же осекся: из букета на него смотрел удлиненный глушителем ствол.
* * *
— Ну все, я домой. — Кирилл поднялся на ноги, сделал компании ручкой и, бросив прощальный взгляд в сторону осетрины, заспешил к выходу. — Увидимся.
— Созвонимся завтра.
— Лучше послезавтра.
— Погоди. — Котов встал из-за стола и двинулся следом. — Сейчас тебя отвезут.
— Честно говоря, я бы немного прошелся.
— У нас так не принято. — Он приобнял бывшего арестанта за плечи. — Да и не стоит в первый день на воле дразнить судьбу. Вот я, помню… — они вышли.
Через несколько минут Саня вернулся в компании очень интересной пары: седой, слегка лысоватый мужик, лет на десять старше Волкова и… та самая дама из тира, только на сей раз без пистолетов.
— Зови просто Юрой, — представился спутник моей случайной знакомой.
— Игорь.
— Вот, значит, ты какой, — усмехнулся он и сжал руку, как плоскогубцами.
— Юлия, — представилась его спутница. Неожиданно для самого себя я склонился и поцеловал ей руку, потому что дамам принято целовать ручки, а передо мной была именно дама.
Хмельной воздух свободы плюс сытный ужин, минус бессонная ночь (о грядущем освобождении мне сообщили только вчера) сделали свое черное дело: я осоловел и начал клевать носом.
— Ты как, Игорь? — Волков подошел и присел рядом.
— По-моему, мне на сегодня достаточно. — Я потряс головой. — Пора, — и стал подниматься.
— Обожди немного. — Сергей положил руку мне на плечо. — Еще полчасика.
* * *
— Ты чего? — удивленно спросил крепыш.
— Ничего особенного, — совершенно нормальным голосом ответил «ангелочек» и аккуратно пристроил букет на подоконник. — Медленно и печально достань ствол и положи возле цветочков. И не вздумай дурить.
— Да, да, конечно, — забормотал тот, всеми силами демонстрируя немыслимый испуг. — Сейчас, — сделал крохотный шажок навстречу. Попытался расстегнуть куртку. — Что-то «молнию» заело, — шагнул еще раз. Теперь он оказался на расстоянии броска. Оставалось только зафиксировать пистолет, а потом уже спокойно размазать этого дохляка по стенке.
«Всегда одно и то же», — человек по имени Валентин чуть слышно вздохнул. В который уже раз противник покупался на его субтильный вид и начинал искать варианты в ближнем бою.
— Бац! — Резкий удар в подбородок отбросил крепыша к подоконнику. — Не дури, ствол аккуратненько двумя пальцами, ну!
— Что теперь? — прошамкал тот.
— Лицом к стене, ноги шире плеч, руки за голову!
— Как скажешь. — Пожав плечами, крепыш встал к стене и, как ему показалось, незаметно напрягся.
«Товарищ не понимает». Валентин в темпе провел наработанную серию: расслабляющий удар с левой по почкам, ступней под коленку и легкий тычок ладонью в затылок, чтобы жизнь больше не казалась раем.
Крепыш опустился на колени и затих. Валентин удовлетворенно хмыкнул и полез в карман за шнуром. Как каждый уважающий себя войсковой разведчик, он терпеть не мог пользоваться наручниками.
Сидящий за рулем «семерки» как раз собрался связаться с напарником, когда кто-то забарабанил в боковое стекло. Не постучал, а именно забарабанил. Стекло со скрипом опустилось.
— Обалдел, мужик? — сурово спросил водитель. — По голове себе постучи.
— Ты что здесь встал? — Незнакомец был тощ, невысок ростом, одет в потрепанный китайский пуховик не по размеру и явно нетрезв. А еще он совершенно не походил на обладателя даже стиральной машины, не то что автомобиля. — Это мое место.
— Сейчас уеду, — примирительно сказал водитель. Лишний шум совершенно не входил в его планы.
