— Спасибо-Дороти! — были его первые слова. — У-меня-есть-ещё-одна-попытка.
— Только будь осторожен, Тик-Ток.
— Постараюсь. Но-мы-во-власти-Короля-Гномов. Он-поймал-нас-в-западню. Похоже, наша-песенка-спета, — сказал механический человек.
— Мне тоже так кажется, — грустно согласилась Дороти.
— Если-бы-мои-создатели-снабдили-меня-отгадывающим-устройством, я-бы-смог-ещё-побороться. Но-я-мыслю-просто-и-вряд-ли-сумею-что-то-отгадать.
— А ты рискни, — сказала Дороти. — А если тебе не повезёт, я попробую подсмотреть, во что ты превратишься.
Тик-Ток коснулся жёлтой вазы, разрисованной маргаритками, и сказал: «Эв!»
Тотчас же механический человек исчез, и, хотя Дороти быстро огляделась, она так и не могла понять, во что превратился Тик-Ток.
Ей ничего не оставалось делать, как самой взяться за это безнадёжное дело — угадывать и надеяться на лучшее.
— Мне не будет больно, — утешала она себя. — Я ведь не слышала, чтобы кто-нибудь плакал и кричал, даже бедняжки военные. Узнают ли когда-нибудь дядя Генри и тётя Эм, что я превратилась в безделушку в подземном дворце Короля Гномов и стою неподвижно на одном месте, и только время от времени меня передвигают, чтобы стереть пыль? Не об этом я мечтала, но что теперь поделаешь!
Она обошла остальные комнаты и залы, внимательно осмотрев всё, что там имелось, но украшений было так много, что у неё зарябило в глазах.
В конце концов, как и чуть раньше Озма, она решила действовать наудачу, хотя надежда на успех была очень и очень мала.
Робко она коснулась чаши из алебастра и произнесла: «Эв!»
— Вот и первый промах, — сказала она про себя. — Неужели и я не смогу понять, какие вещи заколдованы, а какие нет?
Затем она дотронулась рукой до пурпурного котёнка в самом углу одной из полок, и, когда она произнесла слово «Эв!», котёнок вдруг исчез, а перед Дороти возник очаровательный белокурый мальчик.
В этот момент где-то зазвенел колокольчик, а когда Дороти, вздрогнув, сделала шаг назад — отчасти от удивления, отчасти от испуга, — ребёнок воскликнул:
— Где я? И кто ты такая? Что со мной произошло?
— Надо же! — обрадовалась Дороти. — Значит, удалось!
— Что тебе удалось? — не понял мальчик.
— Удалось не стать безделушкой в этом дворце, — сказала Дороти. — Удалось избавить тебя от плена. Ты ведь стоял на полке в этой комнате в виде пурпурного котёнка.
— Таких котят не бывает! — возразил мальчик.
— Вообще-то не бывает, — согласилась Дороти. — Но минуту назад он здесь был. Ты не помнишь, как стоял на этой полке?
— Конечно, не помню. Я принц Королевства Эв, и меня зовут Эвринг, — гордо сообщил ей малыш. — Но мой отец, король Эволдо, продал мою мать и моих братьев и сестёр жестокому Королю Гномов… Больше я ничего не помню.
— Котёнок и не может ничего помнить, — сказала Дороти, — но теперь ты снова стал самим собой, а я попытаюсь спасти твоих братьев и сестёр и твою маму. Пойдём со мной.
Взяв ребёнка за руку, она снова стала ходить из комнаты в комнату, пытаясь понять, на чём лучше остановить выбор. Но третья попытка оказалась неудачной. Четвёртая и пятая тоже.
Маленький Эвринг не мог понять, что делает его новая знакомая, но она ему очень понравилась, и он ни на шаг от неё не отставал.
Все остальные попытки Дороти успеха не принесли, но она поборола в себе разочарование, успокоив себя тем, что ей удалось вызволить из неволи хотя бы одного ребёнка и вернуть Королевству Эв маленького принца. А это значило, что она может вернуться из дворца целой и невредимой.
Повернув обратно, она направилась к выходу, и массивные двери распахнулись перед ней.
Дороти отправилась во дворец, Страшила остался наедине с Королём Гномов. Некоторое время они провели в полном молчании, затем монарх воскликнул:
— Молодец!
— Кто молодец? — не понял Страшила.
— Механический человек, — пояснил Король. — Отныне его не понадобится заводить… Он стал очень симпатичным украшением, очень симпатичным…
— А как там Дороти?
— Скоро и она начнёт угадывать, — весело сообщил Король. — А когда она тотчас пополнит мою коллекцию, настанет и твой черёд.
Добрый Страшила не на шутку огорчился при мысли о том, что его маленькой подруге суждено разделить участь Озмы и её соратников, но пока он предавался мрачным размышлениям, раздалось громкое «Куд-куд-куда! Куд-куд-куда!».
Король Гномов от испуга подпрыгнул высоко в воздух.
— Это ещё что такое? — завопил он.
— Это Биллина, — сказал Страшила.
— Ты почему подняла такой шум? — грозно спросил Король у Жёлтой Курицы, которая, выбравшись из-под трона, принялась гордо расхаживать по залу.
— Я имею полное право покудахтать, — сказала Биллина. — Я только что снесла яйцо.
— Что? Снесла яйцо? В моём тронном зале? Да как ты посмела?! — Король был в бешенстве.
— Я несу яйца там, где случается, — сказала Жёлтая Курица, взъерошила своё оперение и начала приводить его в порядок.
— Но гром и молния! Ты разве не знаешь, что яйца для нас, Гномов, — страшный яд? — вопил Король, выпучив от ужаса свои бурые глаза.
