— Я уже это понял, — кивнул ему Ричард, и в его глазах наконец зажглись лукавые огоньки. — Постараюсь справиться, в конце концов, мне не привыкать к трудностям.
— Боюсь, что эта задача может оказаться непосильной для того, кто не принадлежит к нашей семье, — покачал головой Чед. — Но, впрочем, я не стану вас отпугивать, потому что хочу, чтобы в мое отсутствие вы позаботились о близких мне людях. А теперь мне пора уходить.
Чентел прижалась к решетке. Она знала, что больше никогда не увидит своего кузена. Она сознавала, что должна была бы презирать его за то, чем он занимался, но она не могла расстаться с ним холодно. Ей будет так не хватать его.
— Чед, ты сможешь нам написать, рассказать, как один из Ковингтонов поживает в Америке? — дружелюбно спросила она.
— Я постараюсь. Прощай, Ченти. — И он ласково погладил ее по щеке. — Тедди, старина, придется уж как-нибудь вам двоим найти сокровище, без меня, а я состояние наживу сам. — И он послал Чентел воздушный поцелуи и исчез за дверью.
— Прощай, Чед. — Чентел смотрела ему вслед, вцепившись обеими руками в решетку.
— Иди сюда, Чентел, — позвал ее Ричард. — Нам сидеть тут до утра, давай хоть немного поспим.
Она обернулась. Ричард сидел на единственной в камере скамье, а Тедди устроился прямо на полу.
— Я не хочу спать, — сказала она.
— Нет, хочешь, — тихо засмеялся Ричард, — просто у тебя приступ дурного настроения.
— Я думаю, ты должна отдохнуть, сестра, — поддакнул Тедди. — Ты выглядишь такой уставшей.
Ричард похлопал по скамье, служившей пленникам ложем, приглашая ее сесть:
— Иди сюда.
Она сложила руки на груди и заявила:
— Нет, вы с Тедди можете расположиться вместе на скамье.
— Ты имеешь в виду, что мы вдвоем можем на нее лечь? — Тедди густо покраснел. — Чентел, мужчины так не делают. Это неприлично. Кто-нибудь может подумать… ну… Впрочем, это неважно. Это ты можешь устроиться на топчане вместе с Сент-Джеймсом… Но мы вдвоем с ним не можем — и нам с тобой этого тоже нельзя делать. Так положено.
Чентел подумала, что единственное, что Тедди хорошо усвоил, — это кому с кем спать. Убедить его изменить своим принципам было невозможно. К тому же она чувствовала, что у нее ноет все тело и ей тяжело держаться на ногах.
— Что ж, будь по-вашему, — произнесла она не слишком любезным тоном, подошла к скамье и опустилась на нее рядом с Сент-Джеймсом.
Ричард тут же обнял ее за плечи и притянул к себе.
— Закрой глаза и спи, — прошептал он.
— Жду не дождусь утра, — посетовал Тедди, ерзая на жестком полу. — Мне тут не нравится. Конечно, Томас и Джеффри неплохие парни, но мне все равно тут не нравится. Мне так не хватает Алисии! Теперь, когда я свободен, я смогу ее увидеть. Но сначала, конечно, надо найти сокровище.
Вдруг Ричард тихо засмеялся, и Чентел, подняв голову, посмотрела на него:
— Над чем ты смеешься?
— Не прошло и минуты с тех пор, как меня назначили главой семьи Ковингтонов, и я уже провожу ночь в тюрьме!
— Так ты считаешь себя главой семьи? — Она попыталась придать своим словам оттенок высокомерия, но ничего не могла поделать с собой, потому что ей было так уютно в его объятиях, и с каждым мгновением она расслаблялась все больше.
— Да, и рано или поздно ты со мной согласишься. — Он улыбнулся ей.
— Сомневаюсь в этом. — Она снова положила голову ему на грудь, и, к ее собственному удивлению, губы ее тронула ответная улыбка. — По-моему, ты сказал, что мы должны спать, а не разговаривать.
— Да. — Она чувствовала его теплое дыхание на своих волосах. — Но придет день, когда ты поверишь в меня и в то, что ты мне нужна.
— Я знаю, что это правда, но только когда мы в опасности, — сказала она, зевнув.
— Нет, ты мне нужна и тогда, когда опасности нет и в помине! Но, боюсь, с Ковингтонами это случается крайне редко, — добавил он со смешком.
— Нет, — возразила ему Чентел. — Теперь, когда Чед уехал, мы заживем спокойно.
— Ни потрясений, ни тревог? — обрадовался Ричард.
— Ничего. — Ее голос прозвучал совсем сонно.
— Тогда, моя дорогая, ты поймешь наконец, что я говорю правду, и придешь ко мне, — произнес он еле слышно.
— Нет, никогда, — пробормотала она, засыпая и крепче прижимаясь к Ричарду.
Лорд Хартфорд и его леди, так же как и некий Тедди Эмберли, были освобождены из местной тюрьмы на следующее утро дневным стражем. Он не поверил своим глазам, когда увидел, какие знатные гости ночевали в его заведении, и узнал от своих сидевших за решеткой коллег удивительную историю их злоключений. Заспанная леди Сент-Джеймс и очень довольный жизнью граф благосклонно приняли его путаные извинения. Они вышли за ворота тюрьмы неторопливым шагом. Походку же бывшего заключенного Тедди Эмберли никак нельзя было назвать неспешной: он молнией вылетел на свободу. «Как одержимый», — заметил Джеффри, удивленно наблюдая, как быстро исчезает из виду его плотная фигура.
В то время как Ричард и Чентел возвращались в Ремингтон-хаус, Тедди на почтовых мчался в Лондон. Он не зашел к себе домой, даже не заглянул ни в один из клубов, где обычно собирались его друзья, а направился сразу в публичную библиотеку.
