— Должен признаться, что я никак не рассчитывал, что такое может произойти. Я должен извиниться за это перед тобой. Когда я устраивал ловушку, я совсем упустил из виду Тедди. Единственное, что я могу сказать в свое оправдание, — это то, что, когда я составлял план действий, мои мысли были заняты совершенно другим.
— Просто я пришла к убеждению, что ты никогда не совершаешь ошибок. Ты мне сказал это в ту ночь, когда пришел за шкатулкой, но тогда я подумала, что ты просто хотел меня устрашить. Теперь я вижу, что ты говорил правду.
Ричард криво усмехнулся.
— Нет, это было верно до тех пор, пока я не познакомился с тобой и членами твоей семьи. — Ричард покачал головой. — Эта западня была приготовлена не для Тедди. Но раз он туда попался, я не мог его просто так выпустить. Никто не поверил бы в его невиновность. Его непричастность нужно доказать, иначе он будет под подозрением до конца своих дней.
Как же она сама об этом не догадалась?
— Вот поэтому Тедди и находится в тюрьме, — продолжал Ричард. — И, должен признаться, я бы хотел, чтобы он там пока и оставался. — Он поднял руку, останавливая Чентел, которая готова была уже наброситься на него с упреками. — Нужно найти истинного предателя, чтобы снять с Тедди все обвинения. Когда человек, за которым мы охотимся, потеряет бдительность, мы его непременно поймаем.
— Чед мне сказал то же самое, — произнесла Чентел. — Он сказал, что ты хочешь сделать Тедди жертвенным ягненком.
— Я благодарю тебя за откровенность, но прошу тебя не передавать Чеду то, что я тебе говорю. — У губ Ричарда залегла жесткая складка.
— Почему? Он ведь член семьи, — удивилась Чентел.
— И к тому же мой соперник. — Ричард снова улыбнулся.
— Соперник? — Чентел совсем не считала Чеда таковым по отношению к Ричарду и потому переспросила.
— Ты же собиралась с ним сбежать, разве не так? — покачал он головой. — Но я не могу сейчас выпустить Тедди, чтобы ему помочь, мы должны как можно быстрее схватить предателя. Конечно, все это игра…
— А я-то думала, что ты никогда не играешь! — иронично заметила Чентел.
— Я же тебе сказал, что твоя семья плохо на меня влияет!
Она бросила на него сердитый взгляд, но Ричард не испытывал раскаяния, он только усмехнулся в ответ. Посмотрев на солнце, уже склонявшееся к горизонту, он промолвил:
— Быстрее допивай свое шампанское. Судя по всему, до темноты нам осталось копать всего пару часов.
— Что ты хочешь сказать, мы будем копать вместе? — изумилась она.
— Я поступил бы не по-джентльменски, если бы не помог даме разыскать ее сокровище. — Он подал ей руку. — Я обещаю, что оно целиком и полностью будет принадлежать тебе. Но я не оставлю тебя здесь одну и тем более не смогу просто наблюдать за тем, как ты орудуешь лопатой. Так что давай поскорей откопаем клад, и тогда ты сможешь послать меня ко всем чертям.
— Ты можешь смеяться, — с достоинством ответила Чентел. — Но вот когда я найду сокровище, тебе будет не до смеха!
— Почему же? Мне будет очень приятно иметь богатую жену! — Он взял в руки привезенную с собой лопату, спрыгнул в яму и принялся за работу.
Чентел подобрала с земли свою лопату и язвительно заметила:
— Я вовсе не твоя жена!
— Я знаю, — широко ухмыльнулся он. — Но если ты найдешь сокровище, я буду вынужден тебя удержать.
— Гм… У тебя не будет выбора, — сказала она, очутившись в яме.
Он предпочел проигнорировать это замечание; некоторое время они молча копали, и потом он заговорил о сокровище:
— А я думал, что ты не веришь в существование тайника.
— А теперь верю, — честно призналась Чентел.
— Что заставило тебя изменить свое мнение? — поинтересовался Ричард.
— Это все из-за веера, — ответила она.
Они продолжали работу, во время которой Чентел изложила ему свою теорию; он внимательно ее слушал. Прошел еще час. Яма существенно увеличилась в размерах, и они уже стояли в ней по пояс.
— Пожалуй, нам пора передохнуть, — сказал Ричард, утомленно вздохнув.
Чентел выпрямилась и вытерла рукой мокрый лоб. Она повернулась к нему: Ричард стоял в расстегнутой рубашке с закатанными рукавами, выпущенной поверх панталон. Легкий ветерок играл с тонкой тканью, сдувая ее с его широкой груди.
— Я не прочь чего-нибудь выпить, — сказала она чуть охрипшим голосом; внутри у нее что-то сжалось. В солнечных лучах темные волосы на груди Ричарда отливали красной медью, как и его пышная, совершенно растрепанная шевелюра. Она быстро отвела взгляд и посмотрела себе под ноги.
— Я сейчас принесу, — сказал он и легко выбрался из ямы. Чентел была рада, что хоть на минуту осталась одна: ей надо было собраться с мыслями. Глубоко вздохнув, она постаралась успокоиться.
