Дома Дакота провела меня в свою комнату в конце коридора. Я сказала, что тоже хочу переодеться, чтобы она не удивилась, что я взяла с собой спортивную сумку. Я приготовила ее утром, наполнила пакетами. Это была не новая сумка с эмблемой команды и даже не старая - просто дешевка, которую я прикупила специально для этого. Я выкину ее без труда. Мы уже тусили у Дакоты. Я знала планировку дома и могла легко найти ножи на кухне или инструменты в гараже. Не придется пользоваться своими.
Мы зашли к ней в комнату. Она бросила сумку с учебниками на незастеленную кровать и положила мобильник на комод. Выдвинула верхний ящик и достала трусики и бюстгальтер, а потом нашла в шкафу топик и шорты.
- Скоро вернусь, - сказала Дакота, отправившись в ванную напротив.
Как только она ушла, я схватила ее мобильник и проверила отправленные сообщения. Дакота никому не написала, что тусит со мной. Она автоматически входила в соцсети, так что я проверила ее фейсбук, твиттер и инстаграм на случай, если она написала, с кем и что делает. Ничего. Похоже, Дакота не любила постить о чем-либо заранее. Это снизило бы интерес к фоткам, и лайков было бы меньше.
Я отложила мобильник. Представила ее в ванной, стягивающей влажные от пота трусики. Представила, как ее пышное, сочное тело извивается подо мной, грудь к груди, языки сплетаются. Подумала, что почувствую, если наши "киски" соприкоснутся.
Я скинула кроссовки и прошла по коридору.
Дверь ванной была приотворена, и я медленно открыла ее, застав Дакоту голой, не считая бюстгальтера, с трудом удерживающего пышную грудь.
- Эй! - воскликнула она, прикрывая промежность. Усмехнулась, а не разозлилась. - Я еще переодеваюсь, Ким.
Я улыбнулась и смерила ее взглядом. От ее форм мой клитор набух и запульсировал.
- Ты такая горячая, - сказала я.
Теперь улыбнулась уже она. Немного покраснела, обвела взглядом комнату, но ни на чем не задержалась. Все еще прикрывала ладонью аккуратно подстриженный кустик, но другая рука беспокойно поправила волосы.
- Э-э-э, спасибо, - ответила Дакота.
- А я горячая?
Она просто смотрела на меня, не говоря ни слова, так что я стянула футболку через голову. Дакота все еще молчала, но ее взгляд притягивала определенная точка. Я расстегнула бюстгальтер, чтобы она могла рассмотреть все как следует. Звякнув застежкой, он упал на кафель.
Дакота колебалась.
- Э-э-э... что ты делаешь?
- Ты ведь об этом думала, да?
- Я...
Она не отрицала, и я помнила, как Дакота на меня смотрела. Я скинула джинсовые шорты. Теперь мы обе были почти раздетыми в крохотной ванной. У нас был один комплект белья на двоих.
- Я никогда раньше не пробовала с девушкой, - сказала я. - А ты?
Ее голос был непривычно тихим:
- Н-нет.
- Тебе любопытно?
Моя рука скользнула в промежность и погладила трусики. Дакота заморгала.
- Что с твоей ногой?
Я забинтовала ее, но на белой ткани проступили розовые пятнышки.
- Поранилась на тренировке, - ответила я и приблизилась.
- Это ведь не шутка? Ты меня не разыгрываешь?
Я медленно взяла ее за руку, которой она прикрывала ""киску"", и положила себе на грудь.
- Просто потрогай. Посмотрим, как это.
Она замерла, но не отстранилась. Моя рука опустилась ей на талию, скользнула по бедру. Кожа была нежной, как у ребенка: скорее всего, Дакота постоянно пользовалась кремом, чтобы загар не повредил. Она робко погладила мою грудь, пальцы задели сосок, как перышки. Я шагнула к ней, коснулась губами щеки, шеи. Она сдалась. Мы начали целоваться. От вкуса ее губ у меня в животе забурлило. Мы не обратили внимания.
- Я не лесбиянка, - прошептала Дакота. - Просто хочу попробовать.
Я заткнула ее поцелуем с привкусом "Тик-така", который она съела чуть раньше. Язык Дакоты танцевал у меня во рту, теплый, влажный и гибкий. Пульсировал от страсти. Мне хотелось влезть в нее через этот маленький жаркий рот, вылизать изнутри и выползти из "киски", словно младенец-переросток, разорвав влагалище, сломав тазовые кости, сместив бедра. Мой живот снова забурлил, предвкушая человечину. Матка горела огнем.
Сняв с нее бюстгальтер, я пробежала пальцами по трепещущим пышным грудям, и Дакота застонала. Ее язык все еще был у меня во рту. От податливости ее плоти, запаха феромонов, вкуса ее десен траходемон возбужденно захрипел. Страсть сделала меня нетерпеливой. Мои зубы нежно сомкнулись вокруг ее быстрого языка, и я втянула его глубже, а затем укусила изо всех сил.
Крик Дакоты оглушил меня. Я почувствовала кровь, густой, соленый вкус, от которого сердце заколотило в ребра. Она попыталась меня оттолкнуть, но я обняла подругу, прижав ее руки к бокам. Дакота была тяжелей меня, но я была гимнасткой и чирлидершей, а она редко занималась спортом.
