Если вы когда-нибудь задумывались над тем, есть ли Бог или возможно ли чудо в вашей жизни, вам обязательно нужно прочитать эту книгу.Эта история не художественный вымысел. Вы прочтете 55 совершенно реальных писем Маргарет Терри, написанных к своей подруге, умирающей от рака. Это вдохновляющие истории, полные сердечности и любви, истории об удачах и проблемах, о радостях и печалях… Когда кажется, что нет больше сил и уже невозможно выносить удары судьбы, задумайтесь, станет ли вам лучше, если вы опустите руки? Может, все эти жизненные испытания даны вам не просто так? А посланы, чтобы помочь вам, как помогли они героине, обрести силу, любовь, прощение, благодарность и ВЕРУ. И проснувшись однажды утром, вы поймете, что Бог рядом, и он готов помогать всем страждущим, нужно только попросить.Эта книга – сосуд исповеди и доказательство того, что можно и нужно жить даже после необратимой потери.Верьте, надейтесь и никогда не сдавайтесь!
Для Дэб и всех тех, кто, как она, верит в чудеса…
Каждый из нас – ангел с одним крылом; и мы можем летать, только обняв друг друга.
– Лучано де Крещенцо
– Я надеюсь на чудо. – Я напрягла слух, чтобы расслышать ее слова, сказанные слабым хриплым шепотом сквозь прерывистое дыхание. – Мне нужна ваша помощь, чтобы верить.
Дэб не говорила, что совершится чудо, а только то, что она верит и надеется. Мы сидели в кругу друзей, которые встречались в детском приюте при церкви, чтобы молиться вместе с ней, после того, как недавно ей поставили диагноз: неоперабельный рак легких четвертой стадии. Мы все знали, что значит неоперабельный, но не осмеливались говорить об этом вслух. Неоперабельный означало смертельный, слово, которое не должно звучать в детском приюте, слово, которого не существовало, когда мы были детьми и пели:
Меня удивило приглашение молиться за нее. На меня можно рассчитывать, когда нужно приготовить еду для больного или если требуется помощь в планировании сбора средств. В таких случаях я весьма кстати со своими маркетинговыми идеями и чемоданом, полным пожертвований. Но мне неловко молиться вслух в присутствии посторонних людей. Кроме того, я не была близка с Дэб. Мы встречались в церкви в течение шести лет. Она занималась планированием выездных и исследовательских групп, человек, готовый прийти на помощь, даже когда ее не просят. Я знала, что она любила красное вино, матоун и Баффало Сейбрз [1] , но за стенами церкви мы с Дэб не общались. Мы не разговаривали по телефону, не встречались, чтобы выпить по чашечке кофе или сходить в кино. Я не знаю, почему такие вещи происходят в церквях. Каждое воскресенье на протяжении многих лет мы обнимаем одних и тех же людей, мы видим, как растут их дети, и мы разделяем их трудности и радости, но по каким-то причинам мы ограничиваем наши отношения общением в стенах церкви. Может быть, поэтому я согласилась присоединиться к группе и молиться за нее. Она была больна, и я подумала, что ей, вероятно, нужен лучший друг, чем была я.
После того, как мы закончили молиться, Дэб отказалась ото всех предложений в помощи по приготовлению еды, уборке ее дома или выполнению иных поручений. Когда мы спросили, что мы можем сделать для нее, она ответила:
– Пришлите мне ободряющие слова и верьте в мое чудо.
Ободряющие слова – это, безусловно, по моей части.
Я рассказывала истории с тех пор, как мне исполнилось шесть лет, когда моя мать впервые прошла сеанс электрошоковой терапии. Я рассказывала истории, чтобы мои сестры не шумели, пока мама спит после процедур. Она спала подолгу. Сон был ее спасением, ее единственным прибежищем от борьбы с депрессией, которой она проигрывала, независимо от того, насколько сильное напряжение атаковало ее тело. Тогда в нашем доме не было книг, но у нас был каталог Сирса, в котором было много фотографий улыбающихся детей, одетых на каждый случай. Мои сестры и я прижимались плечом к плечу на нашем большом, старом, потрепанном диване и листали страницы этого каталога туда и обратно до тех пор, пока не находили подходящие обувь и сумочки для наших вымышленных приключений. Мы путешествовали в далекие страны, куда нас отправляло мое воображение, и мои сестры, мой верный экипаж, жаждали чуда так же, как и я.
Когда я писала Дэб свое первое письмо, я изо всех сил старалась избегать слов «Я верю в ваше чудо». Как я могла обнадеживать ее, когда врачи Дэб не могли ей помочь? За десять дней я отправила по электронной почте несколько оптимистичных историй, которые звучали неубедительно, мои слова выдавали отсутствие веры в ее чудо.
В день, когда Дэб получила известие, что у нее опухоль мозга, которую необходимо удалить до начала лечения ее легких, я почувствовала головокружение, думая о том, как она продолжает надеяться победить рак дважды. Я знала, что Дэб была сильной. Она была высокой, спортивной и играла в женской хоккейной команде. Помимо этого, она была верующим человеком и могла бороться духовно и физически, но рак в ее мозге и легких не мог не пугать.
И тогда мои письма изменились.
