Мы постепенно приближаемся к светилу. Звёздная корона солнца системы Гюнтера постоянно испускает мощные потоки плазмы, которые местами вырываются за пределы звезды и вылетают в открытый космос.
«У этой звезды очень сильный эффект космического ветра,» — подметила Элис.
«Да, вообще звезда Гюнетра — удивительно загадочна,» — Подтвердил я — «Она зародилась каких-то, в космических масштабах, 200 лет назад. Точнее — не зародилась, а взялась из ниоткуда.»
Справа от звезды появился кажущийся крохотным на таком расстоянии, корчиневатый бугорок. Он продолжает выплывать из-за солнца и становится больше.
«Gm-1 — каменистая планета,» — Проинформировал нас Брейсер. — «Именно рядом с ней Эдэм впервые засёк сигналы «невидимок». Альбштейн много рассказывал мне об этой солнечной системе, он говорил, что мечтает изучить её.»
«Насколько мне известно,» — начал я — «Систему Гюнтера будто выплюнула чёрная дыра?»
«Не совсем,» — поправил меня Брейсер — «Точнее — это не подтверждено. Возможно, система появилась из одного от неизученных видов чёрных дыр, а возможно имела место какая-то другая космическая аномалия.»
Дедал повернул направо относительно звезды. После чего мы смогли полностью разглядеть Gm-1.
На одном из полюсов этой планеты яркими огнями горит какая-то структура. Она имеет форму шестиугольника и занимает, порядка одной восьмой от всей планеты.
«Что это там?» — спросил я.
«Не знаю, но примерно туда мы и летим. Альбштейн рассказывал, что несколько десятилетий тому назад сюда был направлен научный беспилотник класса special, он стоил Space Veracity умопомрачительных триллионов долларов. GunterS-01 обладал классом универсальной защиты SS, что позволило ему выдержать ровно две атаки со стороны неизвестного источника. Корабль обладал всеми типами датчиков, которые только приходят на ум, но отправить смог лишь одну запись и пару расплывчатых графиков. Именно тогда у руководства Эдэма зародился план “Земля”.»
«А сколько атак сможет выдержать Дедал, если нас обнаружат?» — встревоженно спросила Элис.
«Если атака будет иметь Пума природу, то точно больше двух»
«А если нет?»
«То ни одной…» — опередил я Брейсера.
Шестиугольная структура на поверхности планеты, похожая на экстраполированную ангарную дверь, два раза мигнула зелёным цветом, а затем её центр начал видоизменяться.
«Приложите немного Пумы!» — встревоженно начал Брейсер — «Нам бы не опоздать!»
Мы с Элис, телами находясь внутри Дедала, а разумом и глазами за его пределами, синхронно напряглись. Пума, исходящая из наших тел, начала завиваться и закручиваться, что создало странный эффект. Не знаю, как устроен режим маскировки этого корабля, но, кажется, что Дедал либо полностью отражает свет, либо пропускает его через себя, что делает оболочку корабля «невидимой». Однако завивающиеся и горящие всеми спектрами цветов вихри Пумы вступают во взаимодействие с системой маскировки корабля и частично нарушают её. В пустоте космоса, рядом со звездой Гюнтера, из ниоткуда возникают вспышки Пумы и произвольные части Дедала. Благо эффект достаточно быстро прошёл, надеюсь, нас не успели засечь.
Дедал, почти полностью впитывая всю испускаемую нами Пуму, заметно ускорился. С каждой секундой планета становится больше. Она имеет полностью каменистую структуру. Не имея даже намёков на любую форму жидкости и атмосферу, Gm-1 создаёт впечатление мёртвого куска материи, каких в космосе подавляющее большинство. Однако, когда планета немного повернулась, а мы начали её огибать, я смог разглядеть кое-что, что изменило моё первое впечатление. На поверхности планеты присутствует рисунок, неприродного происхождения. Кажется невозможным, но на Gm-1, поверхность которой состоит из застывшей магмы, вперемешку с обсидианом и твёрдыми породами, ярким красным цветом, будто нарисован крест. Огромный и до ужаса идеальный красный крест, каким обозначают непригодные для изучения или жизни планеты в документах космических исследователей, расположен на поверхности планеты. Он совершенно громаден. Вскоре, когда мы приблизились к планете на такое расстояние, что, существуй тут атмосфера, нас обуяли бы огни пламени и всевозможные физические эффекты, включая силу трения, я увидел обширное и неглубокое углубление на поверхности планеты. Так обычно выглядит высушенный океан или море. А рядом с ним…
«Боже! Что это?» — окутанный бурей эмоций, спросил я.
«Где?» — уточнила Элис, а затем продолжила. — «Невозможно… Это же структура города… Вон там улицы! И обломки обгоревших, обугленных и покрытых ржавчиной и пылью зданий. Тут был город…»
«И не просто город,» — продолжил я. — «Это не просто город, это колониальный центр. Слишком большая концентрация зданий и строений на одной точке планеты… Я не знаю, что это за цивилизация, но это точно не их родная планета. Мне, может, кажется, но даже сейчас люди не способны на такое.»
