Волдеморт, заложив руки за спину, со скучающим видом прогуливался по картинной галерее и изредка задавал Люциусу короткие вопросы о его предках. Тот услужливо подсвечивал интересующие Повелителя полотна, нижние — свечами в канделябре, верхние — Люмосом; Драко видел, что у отца дрожат руки. После Азкабана мистер Малфой вообще стал очень дёрганный, никак не мог вернуть прежний лоск и в своём доме передвигался бочком-бочком, точно был готов в любой момент отпрыгнуть в сторону от нападения. Драко тоже чувствовал себя крайне неуютно в присутствии Тёмного Лорда, превратившего мэнор в собственный штаб и, одновременно, в пыточную. Казалось, древние величественные своды родного мэнора давят, будто плиты саркофага, а от гулких полов отражаются шаги самой Смерти.
— Ну, троллья нога в качестве подставки — это банально, — презрительно процедил Волдеморт, перейдя к трофеям. — Люциус, ты меня и здесь разочаровал. — От этих слов тот втянул голову в плечи, а Драко стиснул зубы. — Хотя эта нога очень большого тролля, не так ли? — Волдеморт небрежно постучал по ней носком ботинка. — Которого наверняка победил один из этих твоих важных предков, — вскользь махнул на портреты, — и, разумеется, в честном бою! — От его хохота задрожали стены. Люциус виновато улыбнулся. Драко даже не представлял, что у отца может быть такая мимика.
— А это что? — продолжил Волдеморт разглядывать трофеи на стенах. — Щиты из шкуры взрывопотама? От любых заклинаний защищают, только тяжеловаты? Надо будет попробовать их в деле. Если удастся поднять, — хмыкнул он. — А здесь вяленый хвост гиппокампа? Или заурядной акулы? — нескрываемо издевался Волдеморт, но делал это с таким сосредоточенным лицом, что ему хотелось серьёзно поддакивать, вытянувшись по стойке смирно. — Копыта химеры, клюв гиппогрифа… Неужели тазовые кости сфинкса? Почему такие маленькие, может, твой много-раз-пра-дедушка выдал за сфинкса пуму из цирка? Знаешь, Люциус, магглы гораздо изобретательнее тебя в развлечениях, в их цирках дикие звери прыгают через горящие обручи и позволяют своим хозяевам засовывать головы им в пасти. В этом деле главное не забыть перед помещением головы в пасть снять шляпу, а то зверь может подавиться…
Люциус вытаращился на Волдеморта, словно на умалишённого, у него на висках выступили бисеринки пота. По спине Драко побежала холодная струйка.
А Волдеморт очевидно наслаждался ситуацией:
— О, головы домовиков, как много! И такие занятные, особенно вон та, с кривым распухшим глазом, прелесть. Огорчает, что в Хогватрсе не поддерживают традицию рубить головы постаревшим эльфам, убеждён, что это повысило бы интерес учеников к Магической зоологии. Или как теперь называется эта дисциплина? — Обернулся он к Драко.
— Уход за магическими существами, — буркнул тот.
— Неужели? — удивился Волдеморт. — Вас учат за всеми этими тварями ухаживать? Люциус, слышишь, твоего сына учат ухаживать за домовиками, забавно, не правда ли?
— Э… это не совсем так, мой Лорд, — возразил было Люциус, но мгновенно опомнился. У Драко вообще язык прирос к нёбу.
— А мне нравится эта милая традиция, — продолжал Волдеморт. — Жаль, я никогда не присутствовал на таком мероприятии. Убивать эльфов доводилось, а вот избавлять их от старческих мучений — нет. А не найдётся ли, Люциус, у тебя в хозяйстве какого-нибудь ушастого старикашки, которого пора избавить от башки? Любопытно было бы посмотреть.
Мистер Малфой мгновенно ожил:
— О! Конечно, есть. Вы правы, это занятное представление. Ну… не так чтобы сильно увлекательное, но заслуживающее некоторого внимания.
— Отлично, — Волдеморт снисходительно качнул головой, — приобщимся к древним традициям. Надеюсь, Драко после того, как столь блестяще разделался со своим уважаемым директором… — От его издевательской ухмылки кровь стыла в жилах. — …Без труда умертвит ещё одного старичка, рангом попроще?
Люциус с надеждой посмотрел на побледневшего сына и уверенно закивал.
Драко не смог уговорить мать, которой сделалось плохо с сердцем, остаться в постели, и теперь был рад этому. Спускаясь по крутой лестнице в подвал, он вроде бы элегантно поддерживал её под руку, сам же, наверное, давно бы грохнулся без чувств, не будь этой тонкой руки в шёлковой перчатке…
Повелитель восседал на возвышении, вокруг сгрудились человек десять зевак в масках Пожирателей. Прятать лица в мэноре не было необходимости — скорее, дань мрачному антуражу, как и коптящие факелы. Мистер Малфой суетливо отдавал последние распоряжения. Драко подумал, что отец забыл надеть сюртук и в белой рубашке и жилете похож на официанта, но делать ему замечание не решился.
Он вполне уверенно встал на предназначенное ему, выделенное светом место и приготовил волшебную палочку. Рука почти не дрожала, лишь немного вспотела ладонь.