Арпи догадалась, что пробудилась от громового раската чудовищной силы. Она вскрикнула и на подгибающихся ногах заковыляла к двери, за которой находился тот, кого она пыталась навсегда забыть.
***
Влад одетый сидел в позе лотоса на кровати и медитировал – не мог уснуть после кошмара. Любые мысли, хорошие или плохие, сразу блокировались мощным внутренним сопротивлением. Он настолько глубоко погрузился в нирвану, что не сразу обратил внимание на крик. Хотя, возможно, причина спокойствия была в другом.
Предсказуемость.
– Вла-а-а-а-ад! – кричала Арпине. Она ворвалась в спальню, как маленькая девочка, которая испугалась темноты и искала спасения у папочки. Её волосы растрепались: прежнюю шикарную укладку не узнать. – Влад, что со мной происходит?!
Арпине уселась на кровать и начала трясти бывшего бойфренда, но тот будто нарочно не реагировал, продолжая сидеть в позе лотоса. В голове у него щёлкнул тумблер и запустилась занятная программа под названием «постебаться над подругой».
– Влад, очнись, ты, придурок!
Наконец парень приоткрыл глаза и хитро ухмыльнулся.
– Я знал, что ты придёшь, трусиха.
– Чтоб я пришла к тебе ещё раз, да пошёл ты к чёрту! – закричала Арпине, взялась за подушку и принялась колошматить ею приятеля. Тот прикрыл лицо руками и рассмеялся.
Драка на кулаках и подушках получалась эмоциональной и интенсивной. Влад больше защищался от мощных ударов подружки и ржал во весь голос, чем атаковал. Конечно, их действия со стороны выглядели по-дурацки.
В конце концов оба успокоились и уселись на кровать, не отводя взгляда друг от друга.
– Арпи… Ты моя маленькая, беззащитная девочка, – сказал Влад и прижал её голову к своей груди. В этом жесте было нечто естественное и закономерное. Будто всё произошедшее за последние сутки случилось ради того, чтобы в этой самой спальне и в эту ночь волосы Арпине заботливо гладила его рука.
– Это что, стёб? – спросила Арпине.
– Нет, это моя рука у тебя в волосах.
– Заткнись.
Гроза всё никак не успокаивалась.
Они просидели так молча в обнимку несколько минут. Яростный гром словно пронзал их, но больше не напоминал зловещий ритмичный гул. Просто обычное природное явление, гроза, вызывающая во многих примитивный первобытный страх. Только теперь против него у них появилась защита.
– Я дура, да? – сказала Арпи.
– Да, – сказал Влад.
Девушка снова врезала парню кулаком по груди.
– Ну-ну, я пошутил, не начинай опять! – сказал Влад.
– Зато я не шучу. Тебе вот смешно, а мне совсем ни хрена не смешно.
Прошло ещё несколько минут. Влад постепенно приходил в себя… Он снова занервничал и начал думать о всяком – это было его нормальное состояние. Медитация и бой с подушками просто временно отвлекли. Он смотрел в окно каким-то отстранённым взглядом через плечо Арпи.
– Что с тобой? О чём ты думаешь?
– Неважно, – тихо сказал Влад. Позитивное настроение улетучилось, будто и не было той шутливой драки.
Арпине отклонилась и вопрошающе уставилась на парня.
– Ну скажи! Мне интересно. О чём думает Владик, когда его обнимает бывшая девушка?
– Предпочитаю заглушать мысли медитацией… Я слишком долго пробыл в виртуальном мире и могу неделями не замечать, что происходит вокруг.
– Хм, – задумалась Арпи. – Понятно. Опять эта дурацкая игра.
– Это не дурацкая игра. Это мой долг, – Влад вернул подушку на место и лёг.
Арпи устроилась рядом на правый бок и приникла к парню. Его рубашка, пропитанная потом, источала тот самый виноградный запах.
«Вот и вернулись прежние времена», – подумала Арпине без тени сожаления.
– Снаружи происходят страшные события, но мне как-то не до этого, – продолжил Влад. – Всё перемешалось в голове. Во время медитации я пытаюсь думать о своём дыхании. Представляю, как диафрагма поднимается и опускается. Как воздух циркулирует внутри организма, а альвеолы наполняются кислородом. Всё, как учил. Но мысли слишком мощные. У меня иногда возникает странное чувство, будто я потерял что-то важное. Что живу не той жизнью и не с теми людьми. Что всё могло быть по-другому. Частичка меня находится в другом месте, и мне от этого не по себе.
Арпине поразилась мыслям приятеля и задумалась. Догадка пришла не сразу.
– Ты сейчас говоришь о своей дочери?
– Да… Не хотел поднимать эту тему.
– Наверное, страшно в таком юном возрасте становиться папашей?
– Нет. Всё равно.
– Сколько тебе было? Девятнадцать?
– Восемнадцать.
– Ещё круче.
– Я ничего не планировал с той девушкой. После того как всё произошло, я некоторое время чувствовал себя паршиво, страшно переживал. Будто я котёнок, нагадивший в тапки. Сделал что-то ужасное по глупости, и невозможно это исправить. А дальше… – Влад тяжело вздохнул. – Через полгода случилось нечто похуже. Отец скончался от инфаркта. Даже не знаю, повлияла ли здесь та ситуация или нет.
– Почему ты вдруг вспомнил об этом?
– Не знаю… Когда эта штука появилась там и начала крушить всё вокруг и убивать людей… Это было страшно. Мне показалось, смерть близко. Тут мне нечего скрывать. Я не всесильный герой, который всех спасает и защищает.
– Но меня ты защитил.
