Она пыталась найти хоть что-то хорошее в телевизоре, но находила только боль.
Переключая каналы, Катя, наконец, нашла что-то хорошее. Повтор прошлогоднего выпуска «Камеди Клаб». Она сразу узнала одну из шуток и еле заметно улыбнулась. Даже понимая, что это повтор, она больше не рисковала прикасаться к кнопкам и вообще отложила пульт.
Малиновый пирог растаял во рту и помог забыть про увиденное в новостях.
Не прошло и минуты, как комнату залил яркий белый свет. Создавалось ощущение, будто солнце выглянуло из-за туч, но ведь и до этого было светло. Катя краем глаза заметила у лоджии нечто большое и яркое.
Медленно повернула голову… и не поняла, что это такое.
Она отложила тарелку, попыталась дожевать торт, встала и осторожно подошла к окну. Отдёрнула занавески. Некий пылающий жёлто-белый шар метрового диаметра неподвижно висел на улице по ту сторону лоджии, совсем близко к окну. Вокруг него интенсивно крутились потоки пыли, будто под действием невидимого вентилятора. Катя взглянула на шар, и у неё возникло стойкое и вязкое чувство, что эта штука хочет именно её. Что пришла она именно за ней и хочет её милые нежные ручки, ножки – и особенно её мысли, полные ненависти к миру.
Катя в недоумении открыла дверь на лоджию. Потоки ветра растрепали её волосы. В комнату ворвался запах озона и ещё чего-то горелого. Яркий свет ударил по глазам, поэтому пришлось зажмуриться, загородиться ладонью. Шар двинулся прямо к лоджии и остановился у москитной сетки. Сетка стала плавиться и опадать.
Катя в испуге захлопнула дверь и решила больше никогда в жизни её не открывать. Она попятилась, не отрывая глаз от аномалии, наткнулась на диван и чуть не упала.
В дверь снова постучали. Три мощных удара: бум, бум, бум. На этот раз Катя решила открыть, потому что происходило что-то странное, а за дверью могли находиться ответы. Она забежала в прихожую, дрожащими руками передёрнула замок, нажала на ручку. В последнюю секунду её посетили сомнения, стоит ли вообще открывать, но было уже поздно.
На пороге стоял полицейский.
Он был весь покрыт потом и пылью, тяжело дышал и будто хотел сообщить страшную новость, связанную с братом или родителями, но никак не решался выговорить. Его рубашку покрывали пятна крови – правда, мелкие.
Катя выставилась на полицейского, приоткрыв рот. Она внимательно рассматривала его, потрёпанного, и пыталась сформулировать какой-нибудь вопрос.
Мужчина глубоко вдохнул и уже хотел что-то сказать. Внезапно со стороны лестничной площадки раздался протяжный шум и поднялся страшный ветер, едва не сбивший с ног Катю. Полицейский упал и закричал: некая сила утягивала его в глубину лестничной площадки.
Катя схватилась одной рукой за дверь, чтобы не захлопнулась, другой упёрлась в стену, и это её спасло. Справа, со стороны мусоропровода, бил некий прожектор. Именно туда и тащило полицейского. Он отчаянно хватался руками за пол, сучил ногами, но ничего не мог поделать: тяга была слишком сильной. Он схватился обеими руками за угол. Немного подтянулся, бросив последний жалобный взгляд на Катю. Но непонятное жуткое нечто, находившееся за углом, не знало пощады.
Внезапно всё прекратилось. Свет погас, ураган закончился, волосы Кати успокоились и упали на плечи. Полицейский рухнул на пол за углом, так и не опустив вытянутых рук. Похоже, он потерял сознание.