Я кивнула, понимая, что мы должны были выбраться незамеченными, и он убрал руку.
Демон приблизился к женщине, которая сжалась, сгорбившись, чтобы защитить младенца в ее руках. Он рассмеялся над ее попыткой, и мухи полетели из его рта. Когда он потянулся вниз и вырвал ребенка из ее рук, она закричала, поднимаясь, чтобы ударить его в грудь кулаками.
Ребенок... нет... не ребенок. Радость, которая жила во мне, которая управляла мной, задушила боль, вынудив меня действовать. Я начала бороться с Истоном.
- Нет... - Я вывернулась из его рук.
Истон шепотом ругнулся.
- Гвен, стой!
Я прокладывала себе путь через толпу и резко остановилась. Демон схватил женщину за волосы и поднял ее над голодной толпой.
- Давайте все посмотрим, что происходит, когда ты получаешь мир, который тебе не принадлежит! - прорычал он, потом разорвал женщину надвое. Кровь брызнула в толпу, и та стала безумствовать, рвать, кусать. Прикованные души были вырваны из линии, будто легкая добыча, которой можно было питаться. Темная и злая боль ударила меня, удваиваясь, поглощая меня темными глубинами Ада. Пятна танцевали у меня перед глазами. Заживающая энергия радости во мне вела проигрышную битву.
Этого было слишком. Слишком много. Слишком много. Слишком...
- Тащи ее оттуда! - прошипел голос Скаута откуда-то из темноты. - Здесь все выходит из-под контроля. Мы должны выбраться отсюда и быстро.
Это был настолько сильный удар, что колени подкосились. Мне показалось, что я падаю, но я не могла остановить это. Это было ее... матери. Даже разорванной на куски, я чувствовала ее боль, полное отчаяние, сосущее и идущее из ее частей. Я чувствовала себя так, будто это меня разорвали пополам. До этого, черт возьми, я никогда не знала настоящей боли... но О Боже... как это больно. Эта боль тащила меня вниз к гораздо более темному месту.
- Нет, не нужно. - Истон обхватил меня за талию и прижал к груди, прежде чем я ударилась о землю. Его губы коснулись моего уха, его дыхание было горячим и гипнотическим. - Послушай меня, Гвен. Я знаю, что это плохо, но ты сильнее этого. Я видел.
В ответ я захныкала, неспособная сказать ему, что не чувствовала себя сильной. Я даже не чувствовала себя Гвен. Я чувствовала себя так, будто Гвен осталась позади, и только это тело и боль существовали.
- Посмотри на меня. Ты можешь уйти отсюда, и мы продолжим. Мы заберем Тайлера и выберемся отсюда. Ты сейчас встанешь и пойдешь, потому что ты - самый сильный человек, которого я когда-либо встречал. Поняла?
Звенящий звук пронзил мои барабанные перепонки. Свет рванул ко мне, как грузовой поезд, будто радость прокладывала путь обратно к сознанию. Я моргнула Истону, все еще неспособная говорить, но для него этого было достаточно. Он кивнул и помог мне подняться на ноги. Я споткнулась, но сумела устоять с его поддержкой. Держа меня за руку, он потянул меня через толпу. Каждый шаг дальше от толпы давал мне глоток облегчения, но он не блокировал адские звуки бунта позади нас.
Я не смотрел на Гвен. Я не мог. Я чувствовал, как она дрожала, но была очень тихой. Слишком, черт побери, тихой. Я снова задумался, как я мог согласиться привести ее сюда. Она существовала всего лишь около семнадцати лет. Ангел или нет, она была долбанным ребенком. Ее нельзя было травмировать этим местом, чтобы оно преследовало ее вечно. Все остальные заслуживали этого. Но Гвен... она ринулась в бой в охваченные войной земли, которые смерть оставила позади. В то время как я пожинал мертвых, она делала невозможное. Она сшивала поломанные, печальные души живых.
Мы миновали еще несколько кварталов, используя в своих интересах отвлечение, которое неумышленно вызвала Гвен. Линия скованных душ начала сопротивляться, появлялись щели там, где демоны вырывали их из линии. Мы проскользнули через отверстие незамеченными и направились к окраине города.
Скаут толкнул мою руку рукояткой своей косы и кивнул на ряд заброшенных вагончиков. Черные виноградные лозы сплетались в скользкий барьер по сломанным железнодорожным путям, извиваясь под нашими ботинками как змеи, затягивая и наматываясь при нашей попытке прорваться через них. Я вытащил сапог и остановился у вагона ржавого цвета, поднимая два пальца, чтобы показать Скауту жестом идти первым. Он вскочил передо мной, исчезнув в темноте внутри, чтобы проверить. Минуту спустя он высунул голову.
- Все чисто, - сказал он.
Я кивнул и поднял Гвен. Скаут потянулся, чтобы встретить меня и затащил ее в вагончик. Внутри, пепел покрывал пол вагона, и масса кровавых мух цеплялась за потолок. Я опустился перед Гвен, Скаут стоял над нами, потирая заднюю часть своей шеи, выглядя встревоженным.
- Она поправится?
Гвен моргала пустыми глазами. Я провел большим пальцем по ее щеке, чтобы стереть кровь.
- Она чувствует это. Их боль. Одиночество. Пытку. Все это.
Скаут широко распахнул глаза.
- И она прошла настолько далеко?
- Она упрямая.
Гвен закрыла глаза, и ее брови сошлись на переносице.
- Не говорите обо мне так, будто меня здесь нет.
Я выдохнул и выдавил для нее слабую улыбку.
