— Тогда, я думаю, мы попробуем еще раз. Снова и снова, пока это не произойдет. Некоторые из лучших вещей на планете требуют ожидания. Это лишь подтверждает, что наш ребенок будет особенным… дар, данный нам тогда, когда мы меньше всего будем его ждать.
Она усмехнулась, глядя на него, одинокая слеза скатилась с ее глаза, и Джозеф протянул руку, чтобы вытереть ее с лица.
— Не плачь, любовь моя, это произойдет, и когда это случится, я буду орать о своей победе на весь город. Каждый человек будет знать, что любовь всей моей жизни беременна моим ребенком. Ты будешь самой красивой женщиной из всех в своем окружении.
Ее мелодичный смех захлестнул его, и он продолжил поддразнивать ее, чтобы вернуть из безысходности, которая была готова захлестнуть ее. Наконец, когда все печали были побеждены и она перестала плакать, он усадил ее к себе на колени, положив свою голову на ее, и напомнил о своих планах на вечер.
— Ты с нетерпением ждешь бала сегодня вечером?
Арианна кивнула головой.
— Да. Ведь не так часто мой муж является почетным гостем. Я очень горжусь тобой, Джозеф. Всем, чего ты достиг до теперешнего времени, и тем, что ты еще сможешь достичь.
Он кивнул. Да, он выполнил все, на что надеялся, даже больше. Технически, он уже сделал все это, но он еще не был удовлетворен. Его жена заслуживала замок, если это то, чего она хотела, и он был полон решимости дать ей все, что ее сердце было в состоянии желать.
— Я добьюсь еще больших вершин, если ты будешь на моей стороне. Я дам тебе все, я дам тебе весь мир, нравится тебе это или нет.
Она улыбнулась, выражение ее лица говорило ему, что она знала, что он говорил правду. Но Арианна была более скромна душой. Она не требовала богатства, чтобы быть счастливой, ей не нужен был самый большой дом или самый быстрый автомобиль, чтобы чувствовать себя особенной. Она была бы довольна и жизнью в бедности, если бы это означало, что она была бы с мужем.
— Мне никогда не будут нужны все эти вещи, Джозеф. Все, что мне нужно, — это ты. Не позволяй идеи об умопомрачительном богатстве разделить нас друг от друга. Я видела, как мужья, обретая славу, оставляли своих жен позади, в тени, когда они выходили в центр всеобщего внимания. Не потеряй себя, свою душу в своей решимости обрести деньги и славу. Я всегда выберу тебя, независимо от того, что ты мне сможешь предложить.
Коснувшись губами ее губ, Джозеф начал мягко ее целовать, постепенно углубляя поцелуй, пока они оба не начали задыхаться и испытывать сильное желание. Он не хотел ничего, кроме как продолжить, тогда он приподнял ее и положил на диван, на котором они сидели, но он был для бизнес-целей, не для нее.
Он отпустил Арианну и встал, поспешно распрямляя ткань своего костюма. Наклонившись, он схватил ее за руку и потянул, чтобы она стала рядом с ним, отчего ее юбка сдвинулась у ее ног, это поставило ее в неловкое положение. Он протянул руку и взял материал в руку, быстро одернув его на место. Арианна отошла от него, смеясь, ее всегда забавляла его забота о ней во всех ее отношениях.
— У меня бизнес-встреча, мое присутствие необходимо. А ты беги домой и готовься к сегодняшнему вечеру. Какое платье планируешь надеть?
— Я не знаю… — Ее слова звучали смешно, а после она рассмеялась, и ее губы озарила улыбка. — Я как-то не думала об этом. Какое ты бы выбрал?
Она шагнула за диван, лучезарно улыбаясь, и казалось, что она была послана ему, чтобы следовать за ней. Джозеф потянул спину, распрямил плечи и сделал вид, будто он — завоеватель. Играя в ее игру, он совершил обманное движение, а затем резко подался вперед и схватил ее за руку, потянув вдоль дивана. Она вскрикнула, а он взял ее на руки и вновь пригвоздил к стене.
Когда они перестали смеяться, он произнес:
— Надень голубое. Под цвет своих глаз. Пусть я не буду самым могущественным человеком на вечере, зато вместе с тобой в этом платье я буду самым счастливым сукиным сыном. — Его тон стал серьезным, а глаза горели искренностью. — Я имею в виду, Арианна, что без тебя я не был бы человеком.
Глядя на себя в зеркало в полный рост, Арианна повернулась влево, а затем вправо, чтобы рассмотреть гладкий синий атлас вечернего платья, которое она надела для своего мужа. Материя была просто совершенством, в движении оно ниспадало по ее телу, словно рассыпалось дождем. Довольная выбором платья, она села за туалетный столик и подняла свои волосы простыми завитками, закрепляя выбившиеся пряди шпильками с россыпью бриллиантов. Накладывая минимум макияжа, она нанесла слой блеска для губ, именно когда Джозеф вышел из ванной, одетый в строгий смокинг.