– От них-то чужак и пытался избавиться, только процесс слияния миров необратим и «временная» изоляция исключена, – пояснил я.
– А вдруг для нас новые гости не опасны? – с надеждой спросил Сон.
– Если следовать правилу «враг моего врага – мне почти родня», то ты прав, – ответил я. – Но пока мы не вступим с ними в контакт, ничего определенного сказать я не смогу.
– Лучше все-таки достать этого парня из подвала и расспросить поподробнее, – вмешалась в нашу беседу жена.
– Веришь, Белочка, то есть Даша, нет сил, – Сон улыбнулся. – Пусть его императорское величество откапывают «крабы». Они ребята здоровые…
– Ладно, – поддержал я баргонца. – Дождемся окончания боя:
– У края купола уже все стихло, – сказала Даша. – Надеюсь, в нашу пользу.
– Купол восстановлен? – удивленно спросил я.
– Нет, – ответила жена. – А что тебя так встревожило?
– Почему он исчез? – Я взглянул сначала на Сна, потом на Дашу. – Неужели для того, чтобы выпустить на нас остатки охраны? Это глупо. Не убери враг защиту, мы бы так и остались с пустыми руками, если не считать пленных и трофейного оружия. Зачем он убрал купол?
– Может быть, это сделал не он? – предположила Даша.
– Это сделали мы, – послышался приятный низкий голос.
Казалось, слова доносятся отовсюду. Их отзвуки, словно тысячи пасынков горного эха, заполнили помещение, ставшее вдруг тесным и неуютным. Я непроизвольно задрал голову к потолку и замер. Бетонная крыша здания будто бы исчезла или стала совершенно прозрачной. Я удивился этому факту совсем немного. Гораздо больше меня поразило, что над крышей не только по-прежнему отсутствовал купол, но небо начало темнеть, словно на отдельном его участке наступала ночь. Дневное светило звездной системы Баргона неожиданно погасло и превратилось в подобие ущербной луны. На чернеющем небосклоне вспыхнули яркие звезды, а ближе к горизонту, там, где день – полноправный хозяин этого времени суток – пытался отстоять свои позиции, разразился настоящий метеоритный дождь. Сначала я не мог рассмотреть, что же послужило причиной странной смены окружающих нас декораций, но через несколько мгновений увидел гигантскую тень, которая наползала на потускневшее солнце и звезды. Приближалось что-то ужасно большое, по крайней мере выглядело оно в десятки раз больше земной Луны, какой она видна на средних широтах. Неизвестное тело окончательно заслонило своей тенью небо, а телом – звезды и светило. День превратился в ночь, плотные каменные стены в прозрачные перегородки, а люди, то есть мы, почему-то выпрямились и стали необъяснимо умны, учтивы и внешне приятны. Я прямо-таки чувствовал, как ранее дремавшие нейроны мозга оживают и тело непроизвольно переходит в режим ускорения. Видимо, загадочный объект был не намерен общаться с недоумками и потому заставлял нас раскрывать все свои способности. Их нам, разумеется, все равно не хватало – я например, как ни пытался, не мог сообразить, что произошло с крышей и стенами – но в диалог мы вступили без особых сомнений и дрожи в коленях.
– Вам следует покинуть территорию, – лаконично приказал голос.
– Сию минуту, – ответил я и дернул за рукава Сна и Дашу. – Уходим…
– А как же враг? – прошептал баргонец.
– Он подлежит уничтожению, – тем же приятным басом ответил неизвестный вместо меня.
– Он еще здесь? – Я не удержался от вопроса и одновременно с репликой взглянул себе под ноги.
Пол сделался настолько же прозрачным, как потолок, и мы смогли рассмотреть нашего врага, находящегося на несколько метров ниже. Он тоже запрокинул голову и уставился вверх. Темные очки не скрывали его глаз, и я об этом весьма серьезно пожалел. На фоне вселенской гармонии и умиротворения, которые внушал нам загадочный космический объект, взгляд чужака казался окном в ад. В его красно-коричневых зрачках полыхало кровавое зарево уже совершенных и только намечающихся злодеяний. Так, по крайней мере, мне казалось. Я невольно отпрянул и, приложив дополнительное усилие, выволок друзей из комнаты в коридор, а затем на свежий воздух. Дашу мы галантно пропустили вперед, и она быстро пошла в сторону того участка леса, где совсем недавно гремело сражение.
– Уходим к челноку, – сказал я Сну и махнул рукой вслед жене.
Осознал свою ошибку я одновременно со вспышкой выстрела, который произвел исполнительный Михаил. Он принял мой взмах за побуждение к действию. Я просто остолбенел от такого нелепого поворота событий. Мой хваленый интеллект совершенно не учел одной простой детали: все остальные люди вовсе не обязательно были такими же понятливыми, как я. А вернее – просто не читали моих мыслей. Осуждать их за это было бы глупо, но я взревел, как раненый медведь, и бросился к упавшей Даше.
– Я не хотел! – завопил растерянный Михаил. – Темно! Я думал, это враг и ты приказываешь его остановить! Я не видел, что это Белка! Ночь же кругом! Игорь, я не хотел!
Он бросил пистолет на землю и, упав на колени, ткнулся лбом в траву. Его плечи сотрясались от рыданий, а пальцы впивались в дерн, пропахивая в нем глубокие борозды.
