Додумать ему не удалось, поскольку против его и еще двух десятков подобных сборных звеньев заходило около сотни кораблей противника. Даже не будь враги биомехами, силы были явно неравными. Сверчков стиснул зубы и нырнул под брюхо одному из ближайших «прыгунов». Платонов повторил его маневр с зеркальной точностью и оказался с противоположной стороны биомеха. Враг, возомнив, что раскусил замысел людей, внезапно включил ускорение и ушел далеко в тыл наступающим землянам. Там он развернулся, словно решил ударить им в спину, но вдруг остановился и отключил двигатели. Наблюдавший за маневром перехватчиков комендант подлетел поближе к «заснувшему» биомеху и тут же понял, в чем дело. Главный модуль корабля был пробит. Как перехватчикам удалось это сделать, комендант не понимал, но глазам решил поверить. Он перевел взгляд на строй врага и сразу же увидел, что со следующим «прыгуном» перехватчики проделывают тот же трюк. По-видимому, биомехи не могли понять сути происходящего, так же, как не мог ее раскусить и комендант. Они попадались на уловку пилотов снова и снова. Вне поля боя безвольно дрейфовали уже семь вражеских кораблей.
Наконец перехватчики отступили во вторую линию, и на смену им пришли истребители авангарда Основного флота. Комендант, в паре с Гордеевым разделавшийся с тремя биомехами, тоже отошел назад. Все звено дружно подлетело к оружейному броненосцу и, воткнувшись стыковочными кронштейнами в крепления на борту тяжелого корабля, принялось терпеливо ждать, когда роботы подвесят новые ракеты и зальют топливо.
– Сверчок, как ты это сделал? – воспользовавшись передышкой, поинтересовался комендант.
– А что я сделал? – изобразив недопонимание, переспросил лейтенант.
– Ну, что вы там, с Платоновым, провернули… – комендант смущенно покашлял. – Я до сих пор не могу понять.
– Главное, чтобы не поняли звери, – многозначительно ответил лейтенант.
– Скажет он тебе, как же! – вмешался Гордеев. – Теперь у нашего юного аса тоже есть фирменный рецепт, и меньше чем за фунт изюма он его не продаст.
– Все дело в ускорении, – сдался офицер Платонов. – Биомех с перепугу решает уйти из вилки на форсаже, а ему, по-хорошему, наоборот, надо было бы тормозить. Силовое поле рассчитано на скорость ракеты, а тут она складывается с ускорением корабля, и получается, что детонатор снаряда просто не замечает никакого щита. Проходит как сквозь масло. Мы этот прием еще во время усмирения «Громовержца» придумали. Теперь вот пригодился.
– Опасный трюк, – заметил комендант. – А если не успеете выстрелить? Или попадете в напарника? Или сами пройдете сквозь силовое поле?
– Точный расчет и хорошая реакция, – возразил Сверчков. – Никакого риска.
– Ты мне это брось, «никакого риска»! – строго сказал комендант. – Сейчас ты еще относительно свежий и бодрый, а что с тобой будет после пятого вылета? Значит, так, соколы мои, еще три снарядных подвески отрабатываете, как вам нравится, но потом – возвращаетесь к тактике боковых ударов. Понятно?
– Так точно, – ответил Сверчков. – Разрешите вопрос, Аркадий Михайлович?
– Давай…
– У нас с Платоновым еще идея есть. Что, если мы пустим один из истребителей в атаку хвостом вперед? Пока биомехи будут соображать, что это за трюк, мы их разделаем, как бог черепаху!
– Ты заправился? – вместо ответа поинтересовался комендант.
– И зарядился! – сдерживая смех, ответил Сверчков.
– Тогда вперед, юморист садовый…
Адмирал Хайд не отрываясь следил за успешным продвижением группы малых кораблей авангарда Основного флота. Они теснили биомехов навстречу обороняющим порталы полицейским и авианосцам. Главные силы Основного флота запаздывали, но положение землян постепенно становилось все более устойчивым и обнадеживающим. Викторов на связь не выходил, но Хайд и сам видел, что Адмиралу сейчас просто не до того. Вступивший в бой Императорский резерв биомехов значительно замедлил прохождение кораблей Викторова через марсианские порталы, и Адмирал был вынужден пустить часть сил в обход. Выходя из подпространства у Сатурна, они тратили дополнительное время на преодоление расстояния между планетами в субсветовом режиме. Сейчас все решали выдержка и выносливость, поскольку время работало не на землян, а на неутомимых биомехов. Хайд видел, что пока пилоты держатся довольно бодро, но с каждой минутой изматывающий темп сражения выводил из боя все новые группы истребителей и перехватчиков. Люди уставали. Адмирал не сомневался, что с течением времени шансы остаться в строю имели только андроиды и наиболее опытные из людей. Это была лишь малая часть личного состава, но что-либо изменить Хайд был не в состоянии.
– Если Викторов не сможет прорваться к Земле в течение получаса, мы начнем сдавать, – обращаясь к Смирнову, произнес Хайд.
– Он наверняка понимает это не хуже нас, – ответил генерал.
– Отчего же не ударит всеми силами? – больше самого себя, чем Смирнова, спросил Хайд.
