Заходя в атрий, он встретил встревоженного Марка:
– Господин! Там в кубикуле твоей сестры разговаривают сенатор Гай Страбон и Домицилла.
– Что? – рассвирепел Тит. – Почему ты его впустил, кто дал тебе это право?
– Домицилла, господин, она велела его проводить к ней.
Флавий отшвырнул собеседника, бегом помчался в ее кубикулу и ворвался туда без приглашения. Там он обнаружил заплаканную сестру, сидящую на кровати и сенатора, стоящего в недоумении. Домицилла, увидев брата, закричала:
– Это правда, правда, Руф убит? Моя любовь убита, этого не может быть, отец и Гай все специально выдумали!
– Теперь-то я понимаю, почему вы меня к ней не допускали. – сказал опомнившись, Страбон. – Тит, пообещай, что ты отдашь мне ее в супруги немедля, иначе я скажу ей то, что сказал мне Тигеллин. – и он зло улыбнулся. – Кроме того, я случайно могу тому же Офонию сказать про вас, как участников заговора, ты хочешь этого?
– Сенатор, прошу не спешить с выводами! Мы обещали, что она будет твоей супругой, значит, все выполним, дай время.
Домицилла зло посмотрела на Гая, затем на брата и сказала:
– Я же вам говорила, что не выйду замуж за эту свинью. А еще вам сказала, что если умрет Руф, умру и я. Или вы что думали, я обманываю?
– Ах, за свинью говоришь! Тогда знай, что уже сегодня ты будешь со мной обручена, а завтра мы устроим свадьбу. А если попытаешься покончить жизнь самоубийством, я тебя свяжу и ты будешь постоянно связанной, поняла? – высказался Страбон.
– Хорошо! – вдруг абсолютно холодно и равнодушно произнесла Флавия. – Тогда выйдите из кубикулы, я переоденусь и вас позову.
– Мы тебя саму не оставим! – сказал брат.
– Тит, ты можешь выйти, я присмотрю за ней, ведь она практически уже моя супруга!
– Но я думаю… – начал было Флавий.
– Я сказал выйти, не надо злить меня, мы сами во всем разберемся!
Тит вскипел, но сдерживая себя вышел из кубикулы и начал ходить по атрии из стороны в сторону. Затем услышал разговор Веспасиана с Марком и пошел к ним. Глава семьи увидев сына, обеспокоенно спросил:
– Как Домицилла? Что там происходит?
– Они сейчас вместе. Гай сказал ей, что Фений мертв и он знает всю правду, а еще угрожал нам, что все расскажет префекту, если мы ее срочно не отдадим замуж.
– Идем к ним, посмотрим, как там дела. Может действительно, она осознает, что он ее единственный утешитель. Когда они подошли к кубикуле, Тит заговорил:
– Сестра угрожала, что убьет себя, говорила, что не шутит!
– Она всегда любит угрожать мне и что, хоть одну угрозу выполнила?
– Давай к ним зайдем, что-то у них слишком тихо. – забеспокоился Тит.
Когда же отворили дверь, пред ними предстала ужасающая сцена. На полу, с кинжалом в сердце лежал мертвый сенатор, а на кровати находилось бездыханное тело Домициллы в руке которой зажат маленький стеклянный сосуд с ядом. Веспасиан бросился к телу дочери и обняв ее, стал просить прощения, но, к сожалению, она услышать его уже не могла. Тит, сдерживая слезы, ощущая свою вину во всем, что произошло, подсознательно чувствовал, чем все закончится. Затем, позвал Марка, который от увиденного упал в обморок. Остальные рабы привели в чувство ординария и по приказу старшего сына Флавия вынесли из кубикулы в перистиль тело Страбона. Веспасиан, взяв себя в руки, обратился к сыну:
– Тит, возьми несколько рабов и поздно ночью отнеси тело Гая поближе к его вилле и положи на улице, пусть все думают, что на него напали грабители. Кстати, он пришел сам?
– Я не знаю, надо спросить у Марка.
– Нет, он пришел с охранником. – ответил ординарий.
– Где он сейчас, где он? – закричал Тит.
– Был на улице, значит и сейчас там!
Старший сын, взяв гладиус, поспешил к выходу. Отец же его остановил:
– Подожди, замани его в атрий, а потом нападем.
– Хорошо!
Тит, выйдя из виллы, позвал охранника:
– Тебя зовет хозяин, идем за мной.
Когда они зашли в атрий, Веспасиан, идя навстречу, выхватил гладиус и ударил по шее неприятеля, тот успел только схватиться за рукоять своего оружия и упал.
– Так, уже стемнело, надо быстро действовать! – сказал глава семьи. – Будем надеяться, что за нашей виллой не следят уже преторианцы.
– Но еще много людей на улице, а нам необходимо нести уже два трупа.
– Ничего, вы их не понесете, а поведете. Только оденьте поверх туники лацерны67 и покройте головы.
Так они и сделали. Четыре раба и Тит медленно отправились на Палатин, где находилась вилла сенатора. Многих людей они встречали по пути, но никто не обращал на них внимания. Наконец, подождав, когда улица опустеет, рабы положили на дорогу два тела. Но в этот момент улицу перекрыли с двух сторон около сорока человек. Флавий подумал, что все кончено, кто-то узнал всю правду, но выхода не было, и он закричал:
– Хватайтесь за мечи! Перед смертью хоть отправим нескольких врагов к Плутону! – и вытащил гладиус из ножен.
– Тит, неужели это ты? – неожиданно послышался знакомый голос из стана врагов. – Так вот, значит, как ты развлекаешься без меня? И всего четыре человека с тобой, так и погибнуть можно!
