Падение Коцита полностью

Оба бывших служителя Долины Лиловых Зиккуратов одновременно испустили вовне сложную гамму набора состояний. Тут было и чувство собственного превосходства над жалкими людишками, и предвкушение грядущей сытости, пусть и временной. И предвкушение получения своей доли Пряности, после смерти подопечного мага. И всякое такое разное, особенное, избранное, демоническое.

— Мой тоже считает себя единственным.

— Значит, будет не только сытно, но и весело. Кстати, мой готовится к началу своей магической деятельности.

— Мой тоже делает волшебные жесты и готовит снадобья и амулеты.

— Тогда — по местам?

— По местам.

Оба мага и на самом деле не подозревали, что столкнулись с коллегой по избранности. Оба всерьёз полагали, что являются чем-то исключительным и на своём пути ко всевластию будут сталкиваться исключительно только с вражеским войском из людей, слабых и смертных. Отчего и не торопились с началом атаки. Более того, оба и практически одновременно прикидывали варианты взятия в плен вражеского войска. Часть принести в жертву, а часть присоединить к своим вооружённым силам. Тогда свои ранние войска станут как бы гвардией, особо элитными подразделениями, а новые — первым мясом битв. Ну и так далее, по нарастающей.

Смешно, конечно, но оба мага предпочитали передвигаться на высоких повозках. Практически двухэтажных сооружениях о трёх колёсах с каждой стороны, влекомых шестёркой лошадей цугом. И при этом не обратили внимания, что во вражеском отряде имеет место быть практически полное подобие его собственной повозки. Великая Книга рекомендует магу, когда тот будет передвигаться куда-либо во главе своей армии, использовать повозку и как передвижной дом, и как хранилище разных волшебно-колдовских приспособлений, и как походный алтарь, как для волшбы, так и для жертвоприношений. А заодно и как командный пункт во время боя. Со второго этажа и вид лучше, и заклинания заклинать сподручнее. Ибо всё под руками. В буквальном смысле сего слова. И волшебные снадобья, и амулеты, и шар дальновидения, и колдовской посох, и пол (он же потолок первого этажа) заранее расписан магическими знаками, символами призыва стихий. И так далее. И всё — за надежными парусиновыми стенами, покрытыми изнутри тайными и могущественными символами.

А кровь, коей чертились знаки, давно уже и высохла, и никакого гнилостного запаха.

Зепар подключился к своему магу и увидел войско противника его глазами. Пехота. Относительно обученная, глядя на построение. Относительно хорошо вооруженная, глядя по внешнему виду. Все головы в шлемах. Древки копейные не корявые, а прямые, хорошо обструганные. Щиты обыкновенные, деревянные, обшитые кожей с хребтов крупной рогатой скотины, где щетина потвёрже. Щиты плетёные из веток. Эти укреплены копытами, расположенными впритык одно к одному на внешней поверхности, к противнику. Ничего особенного, всё обычное, широко распространённое.

Так, что бы такое для начала — и поэффектнее, чтобы ужасу нагнать? Чтобы шибко много ценного человеческого материала для жертвоприношений за просто так в бою не переводить? А не применить ли «Удар ледяного столпа»?

Маг поднял руки, сделал предписанные жесты и забормотал заклинание.

Ксафон подключился к своему магу, когда тот оканчивал оценку противостоящего ему войска с точки зрения хозяина, внезапно натолкнувшегося на ценное и бесхозное имущество. Ход мыслей обыкновенный: ошеломить вражеских людишек каким-нибудь особо эффектным массовым уничтожением. После чего применить заклятие громкого голоса, это когда голос говорящего слышится объекту как бы с неба, и сзади, и с боков, и отовсюду одновременно. И когда у них от увиденного поджилки затрясутся, пообещать милость, пообещать сохранить жизнь, хе-хе, сдавшимся. И, кстати, в той повозке, что сопровождает эта охрана, явно что-то ценное. Наверняка какой-нибудь местный мелкий властитель другому дань или плату за что-то послал. А может, и дочку царскую везут…

Маг поднял руки, сделал предписанные жесты и забормотал заклинание.

Вооружённые люди магов, также не догадывающиеся о существовании других магов, кроме их собственного, выстроились для боя как обычно, как привыкли. Тяжёлая пехота, в доспехах, с большими щитами, строится в две шеренги по два ряда в каждой. Промежуток между шеренгами — три шага. Впереди — лёгкая пехота. То есть лучники и пращники без доспехов. Вокруг повозки мага — лучшие бойцы, чья верность магу усилена соответствующими заклинаниями. Черви подчинения лишают инициативности, червей применяют к рабам, а не к воинам.

Никто, в общем-то, не ожидает ничего нового. Вот сейчас ихний маг проявит свою волшебную силу. Уничтожит кого-нибудь, например, их передовой отряд, остальные и сами сдадутся…