– И жди десантника из системы Торфен.
– Как только покажется.
Наоми, несмотря на цейтнот, открыла учет боезапаса. У них еще прилично торпед и болванок для рельсовой. Для ОТО маловато осталось. А ведь они в тылу, если только у сферического фронта может быть тыл.
Установилось соединение. С той стороны ответила женщина со связанными в удобный пучок черными волосами и старомодным рассеченным кругом АВП на ключице, хотя на вид во времена, когда АВП был в силе, она еще на свет не родилась. «Роси» подсказал Наоми ее имя.
– Капитан Мелеро, приказываю перехватить и задержать вошедшие в пространство корабли. Возьмите «Даффи», «Кане Россо» и «Малик Алвур».
Взгляд молодой женщины погас, лицо побледнело. Обе понимали, что ей огласили смертный приговор. «Отставить! – думала Наоми. – Бери своих и драпай. Доживи до следующего боя». Только другого боя не будет. Для всех настал последний день, и сроку ему было столько, сколько они сумеют отбить для Джима и Терезы.
Она отогнала мысль о Джиме.
– Компра тодас, са-са, – сказала Мелеро. – Положись на нас, ке?
Она разорвала связь. Наоми не помнила, чтобы раньше встречалась с капитаном Мелеро, и была уверена, что больше ее не увидит и не услышит. Она бы рада была организовать согласованную оборону, но удавалось ей разве что сбивать мелкие группы, предоставляя им действовать на свое усмотрение. И еще надеяться.
У нее сработал таймер, и Наоми, достав из кармана таблетку, проглотила ее всухую.
«Это ни к чему. Сдаться не стыдно. Так или иначе, этим кончится».
Наоми не стала отгонять этой мысли. Ей чудилось, что, реагируя на чужие мысли и воспоминания, даже сопротивляясь, она их усиливает. Лучше было позволить им всплывать и уходить и давить лекарством, пока почки не закричат караул. О долговременных последствиях она не думала. Передозировка – это плохо, но вариантов она не видела. Если она погрязнет в чужих «я», затеряется в гомоне других умов, ее можно считать покойницей. А с точки зрения тактики – и хуже того.
– Держитесь все, – сказал Алекс. – Стреляю.
– Держусь, – отозвался Амос по связи, а Наоми выровнялась по центру амортизатора. Отдача рельсовой, уравновешенная тягой двигателя, была почти неощутимой, но ей не хотелось в случае просчета вылететь на пол как выбитый со стола шар в голго.
Она включила вид с телескопов как раз к моменту, когда десантный корабль рассыпался светящейся пылью. На том корабле людей не было. Она задумалась, умерли они или их воспоминания, мнения, ощущения своих «я» все еще мерцают в миллиардах других голов, тоже оставшихся без хозяев. Или они были мертвы еще до того, как рассыпались их тела? Возможно, это одно и то же другими словами.
Гудок коммутатора сообщил о запросе на связь с «Сокола». От Элви. Наоми сверилась с временными метками. Уже открылось окно для входа в систему «Вихря». «Магнетар» мог войти в пространство в любой момент – в зависимости от того, насколько жестко разгонялся и тормозился. Конец – ближе некуда. Она ответила на запрос.
Элви выглядела еще более измученной, чем обычно. В голове у Наоми мелькнуло воспоминание – темнокожий мужчина со светлыми волосами и мягким взглядом из-под тяжелых век цитирует: «Моя свеча горит с двух концов. Я ночи не продержусь». Она не знала, ее это воспоминание или еще чье-то.
– Порадуй меня хорошими новостями.
– Ну, – сказала Элви, – похоже на то, что изолирующая камера сдерживает эффект разделенного сознания. Находящийся в камере катализатора не включается в ульевое сознание даже после того, как перестают действовать психоактивные препараты Танаки.
– Сколько времени уйдет, чтобы расширить ее, скажем, до размера крейсера?
– Если хватит рабочих рук и материалов, уложимся, может быть, в пару лет. До тех пор можешь выбрать трех, самое большее четырех человек, чтобы запихать их туда, пока кто-то не откроет дверь и не выволочет их наружу.
Наоми не сдержала смешка, хотя веселья в нем не было ни капли.
– Да, – сказала Элви, – понимаю.
– Пришли мне доклад. Как действует изолирующая камера. Принципы конструкции. Вложим в торпеды и отправим за несколько врат. Нам уже не поможет, но вдруг кому-то пригодится.
– А можно начать так: «Знай, незнакомец, и передай Лаконии, что здесь мы покоимся, покорные ее воле?»
– Запрещать не стану, – сказала Наоми. – Сол, Оберон, Бара Гаон… куда еще отправим?
– Надо бы повсюду. Дуарте, вероятно, сосредоточится на больших промышленных центрах. У колоний поменьше может не хватить ресурсов и мощностей, но знание сохранится, пока есть кто-то, кто не вошел в ульевое сознание.
– Если такие останутся. У меня сейчас тридцать один корабль, считая нас. Скоро будет меньше. Тринадцати сотен торпед не наберется, а каждое отправленное сообщение – это одним снарядом меньше для защиты нас и Джима.
Элви кивнула.
– Я пришлю данные.
– Поскорей, – попросила Наоми. – Времени у нас мало.
